Книга Любовь не предусмотрена, страница 25 – Виктория Рогозина

Гордеева села за стол, щелкнула мышкой, разбудив экран, и принялась за работу. Пальцы быстро забегали по клавиатуре, но мысли путались. В груди пульсировало раздражение — тяжелое, почти гневное.

«Как он мог? Как отец мог так поступить?»

Проект, над которым она работала вечерами, просчитывая каждый пункт, каждую строчку, оттачивая логику — был передан Алесе. Просто так. Как будто Лера — временное недоразумение, которое можно вычеркнуть и заменить, будто она — черновик, а Алеся — итоговая копия.

Несправедливо.

«Хорошо. Раз так — посмотрим, кто из нас черновик.»

Её лицо застыло, взгляд стал холодным. Лера принялась прорабатывать структуру презентации, на ходу формулируя выгодные предложения и альтернативные пути внедрения. Она докажет, что её выбросили зря. Сделает проект безупречным, таким, что его нельзя будет не заметить. И никто больше не посмеет сомневаться в ней.

Усталость накатила вдруг. Лера выдохнула, опустилась глубже в кресло и на секунду прикрыла глаза. Затем взглянула на смартфон. Экран был усеян уведомлениями о пропущенных звонках. Несколько от отца. Несколько от Алеси.

«Когда успели?» — промелькнуло в голове. Она ведь даже не слышала, как телефон звонил.

Собираясь выключить звук, Лера замерла: входящий вызов — Глеб Викторович. Она нерешительно нажала «принять».

— Лера! — рявкнул в трубке голос отца с такой силой, что она инстинктивно отстранила телефон от уха. — Что ты творишь?! Ты понимаешь, что делаешь?

— Папа?.. Что случилось?

— Ты шантажируешь Алесю? Это теперь твой стиль ведения бизнеса?! — голос отца был взбешен. — Я не позволю тебе портить репутацию нашей фамилии!

Лера застыла, не сразу понимая, о чём он говорит. В груди снова вспыхнула злость, но на этот раз — с оттенком боли.

— О каком шантаже ты говоришь, папа? — голос Леры звучал спокойно, но внутри нарастало напряжение.

— Не прикидывайся! Тебя видели с Шейдоном! — бросил Глеб Викторович. — Ты даже домой не вернулась! Теперь все обсуждают, что ты отдалась конкуренту! Какая наглость!

Лера зажмурилась, не веря, что это происходит на самом деле.

— Папа… я взрослая. И да, я искала работу. Потому что ты с радостью отдал мою должность… и мой проект — Алесе.

— Не вздумай меня учить! Ты подставила семью, Лера. Позоришь нашу фамилию, топчешь честь! Если ты выбрала этот путь — не возвращайся. Больше не смей переступать порог моего дома!

Писк и тишина. Он сбросил вызов. Лера осталась сидеть, глядя в одну точку. В кабинете повисла гробовая тишина. Мысли путались. Она не плакала — нет. Она просто… не знала, что чувствует. Внутри было пусто. Как будто отрезало.

Где-то на границе восприятия прозвучал вежливый стук в дверь.

— Простите, мисс Гордеева… — в приоткрытую дверь заглянула секретарша с мягкой улыбкой. — Секретарь мистера Шейдона просит уточнить: во сколько вы пойдёте на обед?

Лера подняла взгляд, медленно провела пальцами по переносице, собираясь с силами, и сказала:

— Передайте, что я не пойду на обед. Я задержусь на работе допоздна.

— Конечно, — кивнула девушка, немного участливо. — Принести ещё кофе?

Лера впервые за всё утро чуть-чуть улыбнулась — устало, но с благодарностью:

— Если не сложно.

— Уже несу.

Спустя несколько минут Ольга вернулась, осторожно приоткрыв дверь и поставив чашку кофе на стол Леры.