Онлайн книга «Десерт для господина»
|
* * * Никитин — Марьяна! Шустрее! — посадив Миру утром на поезд, я весь день активно работал, а вечером готовился к вечеринке. По лицу моей рыжей нижней было ясно, что перспектива кувыркаться на сцене с тремя парнями в собачьих масках, её не сильно радовала. Мария за пару дней перед такими перфомансами начинала накачивать пёсиков стимуляторами, не разрешала дрочить и прикасаться друг к другу, поэтому в клуб они приезжали уже по-настоящему голодными бешеными кобелями. Серж, напротив, был полон энтузиазма. Он всегда с готовностью по первому моему слову отдавался моим друзьям и подругам. Он вообще был идеальным рабом. Для него вся жизнь строилась вокруг удовлетворения моих желаний и ожидания моей похвалы. Нужно было поголодать? Он голодал. Быть скованным тяжёлыми цепями и исхлёстанным плёткой? Серж — первый на очереди. Подставить зад под парочку членов? Вы знаете, кого звать. Я мог ноги об него вытирать, и всё равно он улыбался от счастья быть моей безвольной игрушкой. Нечто подобное мне хотелось видеть в Мире. Да, ещё проскакивали проблески своеволия, но это было вполне исправимо. * * * Никитин В клубе было уже полно народу, когда мы приехали. Пока Серж и Марьяна раздевались, я стоял в холле и поглядывал на присутствующих. В основной своей массе это были завсегдатаи: консервативные пары «доминант-сабмиссив», одиночки, предпочитавшие еженедельно новых партнёров «на разок», пары свингеров, жаждавшие острых ощущений в компании с единомышленниками, и незначительная прослойка «тяжёлой артиллерии», в которую входил я сам. Те, кто в своих удовольствиях шёл до конца, не ограничиваясь количеством партнёров, точнее — рабов, и редко слышавших от них стоп-слова, ибо наши рабы буквально ощущали себя собственностью, вещью, инструментом. — Вы долго там?! Первым на мой возглас из раздевалки вышел Серж, утянутый в замысловатое переплетение кожаных ремней. Подав мне свой поводок, он виновато опустил голову. — Марьяна! — Да, хозяин… — она испуганно выскочила в коридор под тихий звон своих цепей, крепившихся одними концами к ошейнику, а вторыми — к соскам и клитору. В её глазах стояли слёзы страха, но возразить она мне не смела. И всё же, это её состояние меня взбесило, поэтому я хлестнул её поводком по ягодице: — Что за сопли?! — Простите, хозяин… В метре от себя я услышал недовольный вздох и цоканье языком. Это был ещё один постоянный член клуба — Артур Корецкий, из тех унылых доминантов, которым мои развлечения казались непозволительными по отношению к рабам. Я знал его тёмную историю, как, собственно, и остальные давние участники этого сборища. Но он всё равно позволял себе снисходительные высказывания в адрес меня и некоторых других господ. — Не надоело тебе строить из себя блюстителя морали, Корецкий? — Нет. Ты знаешь моё отношение к таким развлечениям. — Ну и нашёл бы себе клуб понежнее. — Тебя забыл спросить, Никитин. — Заканчивай. Уж давно бы расслабился и вкусил настоящих прелестей жизни, — я ухмыльнулся и снова хлестнул Марьяну по заднице. — Мы поймём и не станем тебя осуждать. Если только совсем немного! — У нас с тобой слишком разные взгляды на настоящие прелести жизни. — Ну да. Я предпочитаю, чтобы мои рабы оставались живыми! — хохотнув, я дёрнул своих невольников за поводки и направился в главный зал в предвкушении веселья. |