Книга Развод. Скандал в благородном семействе, страница 101 – Дора Шабанн

— Дым много не говорит, но отношения у них с Вадимом Владимировичем сильно «не очень». А так никто не понимает, откуда ждать подвох. Но Захар не исключает, что дело вашего бывшего мужа могут вновь открыть…

Вот это поворот. Недодали в прошлый раз? Или нашли еще что-то любопытное?

Но думать об этом мне было некогда — приближался финал нашей судебной тяжбы.

Судьбоносный день выдался сухим, ярким и солнечным. Все запланированные дела у меня шли со скрипом, и нервничала я с самого утра так сильно, что за завтраком выпила успокоительное и по присутственным местам ездила с Димой.

И вот, в тот миг, когда я стала подумывать о второй порции капель, позвонил мой адвокат:

— Элина! Ликуем. Пляшем и материмся. Накрывай стол, доставай игристое. Приеду с подробностями через час — полтора. Мы их сделали!

Я сперва не поняла: что? Уже все? Победа?

А потом ощутила, как по щекам катятся слезы.

Пока Дима доставал для меня салфетки, позвонил Захар:

— Поздравляю, драгоценная! Моя обожаемая огненная женщина свободна! Я счастлив, милая! Прости, тут у нас очередные разборки по поводу прав и границ, так что сегодня к тебе не успею вырваться, моя сладкая.

Что-то промямлила, утирая сопли и слезы, а он все продолжал мурчать в трубку:

— Элиночка, моя дорогая, постараюсь быть у вас завтра непоздно. С подарками и цветами, само собой. Все что угодно для моей самой важной женщины. Поздравляю вас еще раз, госпожа уже почти Дымова.

Что-что?

[1] Звёзды «Мишлен» — знак отличия, который присуждают ресторанам, отмеченным гастрономическим рейтингом Michelin Guide. Звёзды различаются по значению: Одна звезда — «очень хороший ресторан в своей категории». Две звезды — «кухня высокого уровня, ради которой стоит отклониться от маршрута». Три звезды — «исключительная кухня, достойная отдельного путешествия». Максимум для одного ресторана — три, более высоких категорий в системе «Мишлен» не бывает.

'Задача, которую мы должны поставить перед собой,

состоит не в том, чтобы чувствовать себя в безопасности,

а в том, чтобы уметь мириться с отсутствием безопасности'

З. Фрейд

Сбросив звонок, я долго с удивлением глядела на телефон.

Как-то Дымов круто заложил вираж, мне кажется. Я еле от одного «самого умного» мужика в жизни избавилась, а наследие своего долгого и сложного брака буду еще разгребать, а тут предлагается посадить себе на шею другого?

К чему мне это «счастье неземное»?

— А идите-ка вы, Захар Алексеевич, лесом со своими идеями, — решила, и дышать сразу стало проще.

— Дима, едем в «Усадьбу», потом домой. Отмечать будем, — улыбнулась своей поддержке и опоре.

Он довольно усмехнулся:

— Такое большое дело, как развод на Ваших условиях, Элина Витальевна, грех не отметить.

И мы поехали в ресторан.

Прихватив те вкусности, которые имелись в наличии, поспешили к себе, забрав по пути Нину, готовиться к торжеству.

Олег Иванович прибыл через два часа. Он цвел и сиял, так, что приятно было посмотреть:

— Элина Витальевна, дорогая, отныне ты свободная и состоятельная женщина. Держи цветы от моих благодарных коллег. Такого цирка давно в нашем болоте не видали.

Корзинку с розами тут же утащила Нинок, любительница всего живого и яркого, а мы водворились за стол, к шампанскому и деликатесам из «Усадьбы».