Книга Аморальный, страница 103 – Алайна Салах

— Как так-то, а? — лепечет. — Как она вообще сюда доехала… И с кем дети… Ничего не пойму…

— Ты бы шаболду эту лучше разбудил, — на кровать киваю. — Заодно пусть мусор вынесет. Всё, пошел я. Дальше сам разбирайся.

По пути в номер набираю Арине и говорю, что Эрика разбудил и скоро он перед ней сам нарисуется. Она пытается допрос устроить, но я сбрасываю звонок к ебеням. Я, блядь, перед своими телками сроду не отчитывался, не то что перед чьей-то.

В спальню захожу и вижу, что Эмма шуршит там по-деловому. В халат упаковалась, одежду стопкой собрала, шторы раздвинула и постель заправляет.

— Э-э, ты чего раздухарилась-то? — спрашиваю. — Я так-то еще поспать хотел.

Она застывает с одеялом в руке и глазами хлопает.

— Я просто до конца не поняла, что случилось. Может, у тебя дела какие-то срочные появились.

— И я, блядь, пошел в бабском халате их решать, — ухмыляюсь. — Там у Эрика жена прикатила с проверкой, а у него мобильник недоступен.

— В смысле, сюда приехала?

— Ну, — ржу. — Ладно, я хоть наверх поднялся, а не сразу ее запустил.

— А он что, не один там был? — буравит меня глазами.

— И не один, и пьяный в жопу, — киваю и на кровать падаю. Стояк опять трусы поддавливает, так что самое время вернуться ко вчерашней задумке с отсосом.

Она насупилась и снова это лицо ебанное состряпала учительское.

— И ты его, конечно, прикрыл.

— Ты, в смысле, наехать на меня пытаешься? Блядь, прикрыл, конечно. Нахуя мне чужие скандалы?

Она руки на сиськах скрестила и глазами молнии давай метать.

— А разве справедливо, что он жену обманывает? А ты ему в этом помогаешь!

Тут уже я психовать начинаю, потому что потрахаться планировал, а не выслушивать лекцию о том, какой я пидарас. Пидарас, из-за которого всё утро пошло по пизде, этажом выше живет.

— Слушай, уймись, а? — предупреждаю. — Эрик мой друг, и до его разборок с женой мне похуй. Я не лезу, ясно? Если захотят разводиться — пусть разводятся, но, блядь, не с моей подачи.

Она помолчала, потом резко к окну отвернулась и застыла.

Я мысленно матерюсь на нее: за то, что ни с хуя скандал закатила, но потом все-таки себя в руки беру. Вчера-то мы пиздато поговорили, да и сейчас выебать сильно ее хочу. Нахера еще сильнее разматывать.

С кровати поднимаюсь, чтобы к ней подойти, и тут же торможусь, потому что слышу ее шипение с претензией:

— Думаю, тебе плевать, потому что ты сам точно такой же, и такое поведение для тебя в порядке вещей.

Тут уж у меня кровавые салюты перед глазами, потому что плевок этот нихуя не заслужил. Ни с одной своей телкой не левачил ни разу, хотя вариантов всегда было до хуя. Уж, блядь, одна Ильина сколько раз шары свои силиконовые катила при Дианке — я всегда съезжал. И даже когда мне бухому на хер шлюха тайская вскарабкаться пыталась, и то нахуй как-то послал.

— У тебя после вчерашнего, по ходу, мозги к жопе стекли, — цежу. — Раз так нравится меня в говно макать — делай это в одиночку.

Дверь в сортир захлопываю и душ включаю. Башку в порядок приведу, пожру и на выставку поеду. Попутчики мои, блядь, что-то заебали.

В душе стою до тех пор, пока пар из ушей не перестает валить. А это пиздец, как долго.

Вот, блядь, есть у телок такой косяк: чуть жопу с ними расслабишь и повернешься передом, они с лету переобуваются в ебанутых и начинают мозги жрать. Охота прямо сейчас выйти, раком ее нагнуть и драть, пока пощады не попросит. Чтобы вся хуйня обо мне из мозгов у нее выветрилась.