Книга Аморальный, страница 128 – Алайна Салах

Я на часы смотрю: время как раз к одиннадцати. Ну раз так хочется ей кольцо обратно, можно по пути проехать. Рестик, где я завтракать люблю, как раз недалеко от «Монро» находится. Заодно и со шкетом пусть попрощается.

— Раз на работу к тебе заедем, тогда и форму сразу сдай, — говорю. — Один хер там больше работать не будешь.

Она на меня зыркает, как будто возразить хочет, но кивает потом. Для себя я уже точно уяснил, что хер она в этом клоповнике хоть день еще проторчит. Чтобы всякие пидарасы банковские ей на сиськи пялились и чаевые в фартук совали? Вот уж хуй там. Если так хочет работать — пусть реально кафе или магазин открывает. Это после того, как доучится.

Подъезжаем к «Монро» минут за двадцать до открытия. Я тачку глушу, чтобы выйти вместе с ней и процесс проконтролировать, но она сходу тормозит.

— Подожди в машине, пожалуйста, Костя. Мне минут пятнадцать потребуется — не больше.

Я бы в другой раз с ней закусился за такое, но видать, от примирения и кайфового траха нормально размяк, потому что как послушная псина остаюсь сидеть в салоне. Ждать без движения ненавижу, поэтому сразу звоню Эрику — узнать, как дела, и заодно сказать, что в офисе сегодня не появлюсь.

Пока гудки слушаю, вижу, как две официантки местные из такси выплевываются и ко входу маршируют. Бля, вот реально они крокодилицы. Я-то думал, их форма уродует, но нихуя. В жизни они еще уебищнее одеваются. На одной один в один костюм водолазный и тужурка меховая из драного хомяка. Вторая, самая жирная там у них, в лосинах топает и укороченной куртке, как будто спецом к жопе целлюлитной внимание привлекает.

С Эриком по-быстрому перетираю, думаю еще бухгалтерше набрать по поводу перевода, но вдруг с улицы слышу «Эмма» и на автомате башку поворачиваю. Крокодилицы, оказывается, не съебались еще, а у входа вейпы сосут и сплетничают без палева. Через окно приоткрытое всё досконально слышно.

— Ага, посреди смены слилась и похер ей на все. Всем бы так работать.

— Так я тебе сразу сказала, что она сюда папика пришла искать. С Ярославом она сто процентов трахалась, чтобы он ей столы пожирнее отдавал. Кстати, говорили, что она уволиться собиралась, пока этого мужика на Порше не подцепила… Она ему еще вчера кричать пыталась, что это не свидание, а деловая встреча, пиздоболка. Как будто все вокруг идиоты.

— Я только не понимаю, на что они ведутся. Она же вообще никакая. Кроме титек сделанных и взглянуть не на что.

Я, блядь, всего пять секунд их слушаю, а уже чую, как из котла дымит. Реально, всегда терпеть не мог таких тварей, которые за глаза срут. Вместо того, чтобы, сука, за себя подумать — нахера я такая тупая и стремная, проще других говном залить.

Из тачки выпрыгиваю и дверью шарахаю спецом погромче, чтобы подпрыгнули. Эти как меня увидели, глаза в ахуе вытаращили и вейпы в куртки пихают, как будто я их за это иду сечь.

— Ты, дура, блядь, — смотрю на ту, которая сказала, что Эмма со шкетом трахается. — Ты либо мне прямо сейчас доказательства своих слов предъявишь, либо я тебя, суку пиздливую, прямо здесь размотаю.

Она зенками хлопает и рот как рыба открывает и закрывает.

— Вы про что?

— Про то, что Эмма тут налево направо со всеми трахается, — цежу. — Как доказывать будешь?

Она челюсть захлопнула и жопой ко входу сдает.