Книга Аморальный, страница 42 – Алайна Салах

— Номер свой диктуй.

— Прямо сейчас? — мямлит она растерянно.

— А ты его забыла? — стебу. — Раз уж ты у меня дома побывала, и я у тебя на коленях дрых, давай уж, не артачься.

Помявшись пару секунд, диктует. Связь ставлю на громкую и забиваю в контакты. Пиздец, она, конечно, самоотверженная. Я же невменяемый был. Мог её спьяну со шлюхой спутать и засадить.

— У тебя всё хорошо? — спрашивает она, помолчав.

— Вроде да… — Я таращусь на скатерть и через не-хочу выдаю: — Ты меня вчера конкретно поправила.

— Рада, если так.

— Ты сегодня чего? До вечера с подносами бегаешь?

— Да, сегодня полную смену.

— Меня отвезла и сразу попиздила на работу? — это я так перед ней извиняюсь.

Она хихикает.

— Ну почти.

— Ладно, иди шуруй дальше, чтобы шкет не нервничал. Заеду ближе к концу смены.

— Хорошо. — и, помолчав, добавляет. — Надеюсь, ты будешь трезвый.

Я ржу.

— Тоже на это надеюсь.

Сбрасываю вызов, сижу с полминуты тихо, потом набираю в цветочный. Эти годами проверенные: по просьбе пиздатые букеты собирают. Дианке одно время заказывал и нужным тёткам, которые рабочие вопросы закрывали.

Трубку берёт Элька, владелица. Чёткая баба. У самой точек десять по городу, мерс заряженный, внуки в Англии учатся, а ей похер — сама на звонки отвечает.

— Добрый день, Костя! Давно тебя что-то не слышно. Цветы хотел заказать?

— Привет, Эль, — я отодвигаюсь, чтобы пузатый поставил передо мной тарелки, и сглатываю слюну. Хер знает, как на вкус, но на вид лосось охуенный. — Букет мне организуй наипиздатейший, а? Внутрянка, как всегда, на твоё усмотрение.

— Бюджет подскажешь?

— Вообще похуй. Сделай так, чтобы все, кто рядом, от зависти обосрались. Я тебе номер потом продиктую. Отвезти нужно будет в «Монро».

С выходом на начальника СК неожиданно помогает Владимир, юрист. Его, кстати, я и подписываю на батино дело вместо шныря-адвоката, которого братва нашла. Гонорар он запросил, конечно, тяжёлый, да и похер. Зато у него выходы на нужных людей есть, и мне самому не надо суетиться.

На завод тоже успеваю заехать: в бухгалтерию заглянуть и с Эриком попиздеть. Тот после новости о посадке бати заметно повеселел, хоть при мне и корчит грустное ебало. Друг же, хули, обязан сопереживать.

Про дарственную пока молчу: во-первых, чтобы очко не расслаблял, во-вторых, потому что она пока только в проекте. Хотя батя Гулича вызвонил, как и обещал — тот подтвердил.

Только когда подписание состоится — неясно. Гулич сказал, что его визит в СИЗО надо официально оформить через следака, чтобы потом ни к нему, ни к документу вопросов не возникало. А следак, я так понял, ещё та сука и будет процесс тормозить. Короче, тут либо ждать около месяца, либо давить на него через СК.

К семи вечера докатываюсь наконец до фитнеса. Подхожу на ресепшен, чтобы браслет забрать, а на меня оттуда знакомая физиономия зыркает.

— Костя, ты, что ли?

Я обычно в бабских именах путаюсь, даже в тех, кого ебал, а эту с первой ноты вспоминаю. Карина.

— Я. Ты чего? — на автомате смотрю на её бейджик. — Здесь работаешь?

— Да, я здесь старший администратор уже полгода, — докладывает. — Как у тебя дела?

Запомнилась она, потому что в моём вкусе. Я за свою жизнь разных переебал, но любимый типаж у меня один: высокая, тощая, с небольшими сиськами и коровьими глазами. Дианка такая была, и эта тоже.