Книга Развод. У него была другая жизнь, страница 16 – Лея Вестова

Чашка задрожала в моих руках, кофе выплеснулся на скатерть, растекаясь неровным коричневым пятном.

— Что там? — встревоженно спросила мама, оборачиваясь.

— Он... он подал на развод. Он подал до того, как я о них узнала, — мой голос звучал глухо, как из-под воды. — И требует, чтобы Катя жила с ним.

— Что?! — мама всплеснула руками, забыв о сковородке, на которой шипел недопечённый блин. — Как он смеет? Это же абсурд!

Я перечитывала строки иска, и с каждым словом внутри нарастала ледяная ярость. В сухих юридических фразах Андрей описывал меня как «эмоционально нестабильную», «препятствующую общению с ребёнком», «неспособную обеспечить надлежащие условия в связи с уходом за тяжелобольной матерью». Выставлял мои усилия, мою любовь, мою заботу — как доказательство моей несостоятельности.

— Он опередил нас, — я сжала зубы так, что заныла челюсть. — Подал первым. Чтобы выглядеть пострадавшей стороной. Чтобы забрать Катю.

Мама выключила плиту и опустилась на стул рядом со мной. Её рука, всё ещё чуть неловкая после инсульта, легла поверх моей.

— Он не получит её, — твёрдо сказала она. — Катя уже достаточно взрослая, чтобы её мнение учитывалось. И она ясно дала понять, что не хочет иметь с ним ничего общего.

Я кивнула, пытаясь унять дрожь в пальцах. Скорее бы понедельник. Нужно срочно связаться с Ильёй Сергеевичем, подготовить встречный иск...

— А где Катя? — вдруг спросила я, осознав, что в квартире подозрительно тихо.

— К Лене пошла, — мама кивнула в сторону окна, выходящего на соседний дом. — Они какой-то доклад по истории делают вместе. Сказала, до обеда вернётся.

Я глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Хорошо, что Кати не было дома в этот момент. Ей не нужно видеть меня такой — растерянной, напуганной, злой. Оставлю новости о подлом манёвре её отца на потом, когда немного успокоюсь. Или, может быть, объясню как-то иначе... Хотя нет. Хватит лжи. Хватит попыток смягчить правду. Катя заслуживает знать, что происходит.

Мой телефон завибрировал, высвечивая незнакомый номер. Обычно я не беру такие звонки, но сейчас, в контексте этого иска, любая информация могла быть важной.

— Алло?

— Ольга Владимировна? — мужской голос, официальный тон. — Старший участковый Григорьев. Мне поступило заявление от вашего супруга, Андрея Сергеевича, о том, что вы препятствуете его общению с дочерью. Мог бы я приехать сегодня для выяснения обстоятельств?

Земля словно ушла из-под ног. Заявление участковому? После всего, что произошло, после измены, после двойной жизни, после всех его действий — он ещё смеет писать жалобы на меня?

— Приезжайте, — голос дрожал от с трудом сдерживаемого гнева. — Я буду дома весь день.

Повесив трубку, я тут же набрала Илью Сергеевича. К счастью, он ответил почти сразу.

— Ольга Владимировна, доброе утро. Что-то случилось?

Я выложила всё — и про иск, и про звонок участкового.

— Так, — в его голосе появились стальные нотки, — первое: ни о чём не беспокойтесь. Это стандартная тактика в таких делах. Ваш муж пытается создать видимость, что вы — злонамеренно препятствующая сторона. Второе: не подписывайте никаких бумаг, которые вам предложит участковый. Скажите, что проконсультируетесь с адвокатом. Третье: я приеду через час. К приезду участкового я буду на месте.