Книга Развод. Осколки идеальной жизни, страница 100 – Лея Вестова

И она оказалась права. Всё изменилось одним прохладным октябрьским утром. Я только закончила помогать Саше собираться в школу, приготовила завтрак — овсянку с кусочками банана, как он любил — и заварила чай, как зазвонил телефон. На экране высветилось имя Екатерины Максимовны, и что-то в этом раннем звонке сразу насторожило меня.

— Алиса Дмитриевна? — голос Екатерины звучал собранно, но я уловила в нем напряжение, которое она обычно так хорошо скрывала.

— Да, — ответила я, крепче сжимая телефон, уже зная, что услышу что-то плохое. — Что случилось?

— Олег подал новый иск, — сказала она без предисловий. — На этот раз он требует полной опеки над Сашей, ссылаясь на «вновь открывшиеся обстоятельства».

Я прикрыла глаза, ощущая, как комната начинает кружиться вокруг меня. Чашка с чаем в руке задрожала, и я поспешно поставила её на столешницу.

— Какие… обстоятельства? — с трудом выговорила я, опускаясь на стул.

— По его версии, — Екатерина говорила медленно, тщательно подбирая слова, — вы с Владимиром Астаховым состоите в «недопустимых отношениях», оказывающих негативное влияние на ребенка. Он представил суду какие-то фотографии, якобы доказывающие, что вы находились в отношениях еще до развода, то есть изменяли ему.

— Это абсурд! — мой голос сорвался на шепот, чтобы Саша не услышал из соседней комнаты. — Между нами ничего не было до моего ухода от Олега!

— Я знаю. Но Олег не брезгует фальсификациями, вы же знаете. И это еще не всё. Он также предоставил некие медицинские заключения о том, что Саша демонстрирует признаки «психологического неблагополучия» в вашем присутствии.

Я почувствовала, как внутри поднимается волна гнева, смешанного с паникой.

— Откуда? Как он мог? Саша даже не проходил никаких медицинских осмотров без меня!

— Успокойтесь, Алиса Дмитриевна, — твердо сказала Екатерина. — Мы этого ожидали, помните? И мы готовы. У меня уже есть план защиты. Мне нужно, чтобы вы сейчас собрались и приехали ко мне в офис. И… — она на мгновение замялась, — возможно, было бы лучше, если бы с Сашей сегодня побыл кто-то другой. Не вы и не Владимир.

— Я позвоню маме, — автоматически ответила я, чувствуя, как липкий страх охватывает всё тело.

Когда я закончила разговор, руки дрожали так сильно, что я с трудом набрала номер мамы. Я смотрела на Сашу, с аппетитом поглощавшего свою овсянку, и думала о том, что будет, если Олег действительно отнимет его у меня. Эта мысль была настолько невыносимой, что к горлу подкатила тошнота.

Следующие несколько дней прошли как в тумане. Я ходила на работу, готовила ужины, помогала Саше с домашними заданиями, но всё это словно в состоянии сомнамбулы, на автопилоте. «Почему, почему он не может просто оставить нас в покое?» — этот вопрос крутился в голове бесконечным рефреном, не давая сосредоточиться, лишая сна.

Каждый вечер, уложив Сашу спать, я доставала папку с документами, которую мы с Екатериной подготовили и пополняли на случай новой атаки Олега. Я перебирала свидетельские показания, записи его угроз, экспертные заключения, пытаясь найти в них уверенность и силу, которые так стремительно покидали меня.

Когда настал день суда, я была на грани нервного срыва. Несмотря на уверенность Екатерины, несмотря на поддержку Владимира, несмотря на все наши приготовления, страх съедал меня изнутри. Всю ночь перед заседанием я не сомкнула глаз, представляя самые страшные сценарии, снова и снова прокручивая в голове слова, которые скажу судье.