Книга Развод. Осколки идеальной жизни, страница 103 – Лея Вестова

Судья внимательно изучала представленные документы, её брови поднимались всё выше по мере чтения. Я украдкой взглянула на Олега — он сидел неподвижно, сжав челюсти так сильно, что на скулах играли желваки. Его глаза, обычно холодные и расчетливые, теперь горели яростью, а руки, лежащие на столе, были сжаты в кулаки с такой силой, что побелели костяшки.

Наконец, судья посмотрела на Олега и его адвокатов:

— У вас будет возможность ответить на эти обвинения.

Адвокат Олега встал, но было видно, что он растерян.

— Ваша честь, мы категорически отрицаем все обвинения в фальсификации доказательств. Что касается так называемых «методов давления», это всего лишь стандартные бизнес-практики, вырванные из контекста и представленные в искаженном свете.

Его голос звучал неуверенно, аргументы были слабыми. А когда судья начала задавать конкретные вопросы о происхождении фотографий и медицинских заключений, он окончательно запутался в собственных объяснениях.

— Откуда получены эти медицинские заключения? — спросила судья, перелистывая документы. — Здесь указан доктор Семенов И. П., но печать и подпись выглядят… сомнительно.

— Я… — адвокат замялся, бросив быстрый взгляд на Олега. — Эти документы были предоставлены моим клиентом. Я не уполномочен комментировать их происхождение, но уверен, что они подлинные.

— А вот эксперт-графолог так не считает, — заметила судья, постукивая пальцем по заключению, предоставленному Екатериной. — Здесь четко указано, что подпись, скорее всего, подделана.

В зале повисла тяжелая тишина. Я почувствовала, как Екатерина легонько сжала мою руку под столом — жест поддержки и одобрения.

После перерыва судья объявила свое решение:

— После изучения представленных материалов, суд приходит к выводу, что обвинения, выдвинутые против Соколовой Алисы Дмитриевны, не подтверждаются достоверными доказательствами. Более того, есть основания полагать, что некоторые из представленных истцом документов были сфальсифицированы.

Я закрыла глаза, чувствуя, как по щекам текут слезы облегчения. Мы победили. Но судья еще не закончила:

— Кроме того, суд считает необходимым передать материалы о методах ведения бизнеса господина Соколова в соответствующие органы для проведения проверки. Учитывая серьезность представленных доказательств, есть основания полагать, что имели место нарушения закона.

Она выдержала паузу, обведя взглядом зал:

— Иск Соколова Олега Андреевича оставить без удовлетворения. Определение об опеке над несовершеннолетним Соколовым Александром Олеговичем оставить без изменений. Заседание закрыто.

Когда судья объявила, что заседание закрыто, Олег резко встал, его лицо исказилось от ярости:

— Это несправедливо! — его голос сорвался на крик. — Она манипулирует судом! Она и ее любовник сговорились, чтобы отнять у меня сына!

Екатерина быстро кивнула судебному приставу, который тут же подошел к Олегу:

— Прошу вас успокоиться, иначе я буду вынужден вывести вас из зала.

Но Олег словно его не слышал. Он смотрел на меня горящими от ненависти глазами:

— Ты думаешь, что победила? Это еще не конец, Алиса! Я дойду до Верховного суда, если потребуется!

Я медленно встала и подошла к нему, остановившись в нескольких шагах. Странное спокойствие снизошло на меня, словно я наконец-то вышла из темного туннеля на свет.