Книга Развод. Осколки идеальной жизни, страница 92 – Лея Вестова

Наблюдая его удаляющуюся спину, я чувствовала странную смесь эмоций — облегчение от того, что непосредственная опасность миновала, и животный, инстинктивный страх перед тем, что могло последовать дальше. Олег не из тех, кто признает поражение. Он не остановится после такого унижения. Он будет планировать новую атаку, еще более изощренную, еще более безжалостную.

Через десять минут приехала полиция, вызванная Екатериной. Двое офицеров — молодой человек с настороженным взглядом и женщина средних лет с усталым, но внимательным лицом — внимательно выслушали мой рассказ, осмотрели брошенный букет, всё еще лежащий в коридоре подъезда, записали показания. Я показала им запись с камеры домофона и судебное предписание. Они составили протокол о нарушении и пообещали усилить патрулирование района.

— Если он появится снова, немедленно звоните, — сказала женщина-офицер, и в её глазах я увидела понимание, почти сочувствие. — Не пытайтесь разговаривать с ним, не открывайте дверь. Просто звоните.

Когда полицейские ушли, я долго сидела на кухне, глядя в темноту за окном. Ночной город мерцал тысячами огней, безразличный к человеческим драмам, разворачивающимся за его освещенными окнами. Где-то там, в этом море огней, был и Олег — в своем огромном пустом доме, или в дорогом ресторане, или в квартире новой любовницы. Планирующий свой следующий ход. Обдумывающий новые способы достать меня, сломить мое сопротивление.

Я знала, что он не остановится. Он будет атаковать меня и всех, кто мне дорог, используя все доступные ему ресурсы — деньги, связи, влияние, манипуляции. И чем сильнее я сопротивляюсь, тем яростнее будут его нападения. Каждый мой отказ, каждое «нет» только распаляет его гнев, его решимость сломить меня любой ценой.

Но впервые за много лет я не испытывала парализующего страха при мысли о том, что может сделать Олег. Вместо этого внутри разливалась холодная, ясная решимость — не злость, не ненависть, а просто несгибаемая воля защищать себя и своего сына. Я больше не была жертвой, загнанной в угол, беспомощно ожидающей следующего удара. Я была воином, готовым к битве — битве, которая предстояла долгой и тяжелой, но которую я не собиралась проигрывать.

Засыпая той ночью, я думала об удивительной иронии ситуации: чем сильнее Олег пытался сломить меня, чем больше давил, тем сильнее я становилась. Каждая его атака, вместо того чтобы ослабить, только закаляла мою решимость, укрепляла мою волю, превращала страх в силу. Он сам создавал во мне то, против чего теперь так яростно боролся — независимость, стойкость, уверенность в своем праве на свободу.

Через несколько дней после визита Олега ко мне домой, Екатерина Максимовна организовала неожиданную встречу.

— Это Алексей Баранов, — представила она высокого мужчину с проседью в волосах и проницательными серыми глазами. — Бывший руководитель Олега в «Альтоне».

Я с удивлением пожала протянутую руку. «Альтон» был первой крупной компанией, где работал Олег, именно там началось его восхождение по карьерной лестнице.

— Почему вы решили встретиться со мной? — спросила я прямо, когда мы сели за столик в небольшом кафе, вдали от любопытных глаз.

— Скажем так, у меня с вашим мужем давние… сложные отношения. Он ушел из компании не самым красивым образом, прихватив с собой клиентскую базу и несколько ключевых сотрудников. Но дело не только в этом, — он сделал паузу. — Дело в его методах. Я наблюдал его становление, видел, как постепенно формировалась его философия: цель оправдывает средства, а люди — всего лишь инструменты для достижения целей.