Книга В тени эмира. Шрамы на песке 2, страница 48 – Ирэн Блаватская

Эми знала, как опасно перечить эмиру. Знала, что он не терпит вмешательства в свои дела. Но, глядя в полные отчаяния глаза женщины, она увидела в них отражение собственной боли, которую испытала бы, потеряй она Фалаха. Она понимала: в этом суровом мире, выстроенном из золота, камня и непреклонной мужской воли, человеческая жизнь стоит не дороже горсти пыли, поднятой суховеем. Фалах правил по законам пустыни, где слабость считалась грехом, а ошибка — приговором. Но сегодня она сумела вплести в эту стальную канву нить милосердия.

Она была искренне счастлива от того, что где-то в лачуге на окраине города сейчас плачет от радости женщина, обнимая вернувшегося мужа... Что в мире, полном песка, который заносит следы и стирает память, она сумела оставить свой маленький след, который не под силу уничтожить ни одной буре.

Наконец настал тот важный день, которого все так долго ждали: свадьба между наследным принцем Хафрака шейхом Салехом и принцессой Мухсина шейхой Сумайей, которая должна была положить конец многолетней вражде между двумя соседствующими халифатами и положить начало новым дружественным отношениям.

Всю прошедшую неделю никто во дворце не спал и не знал покоя. Работы было много, все носились, готовились, суетились. Шли последние, заключительные приготовления к свадьбе, но, к счастью, все было вовремя завершено, и непосредственно ко дню церемонии оба зала — большой закрытый зал только для женщин и мужской открытый зал — были нарядно украшены в традициях халифата, обставлены всем необходимым и готовы принимать гостей, которых ожидалось очень много.

Представительная делегация Мухсина еще накануне прибыла во дворец вместе с принцессой, приданым, подарками для членов королевской семьи Хафрака… и главным муфтием Мухсина, уполномоченным от имени шейха Мусаэда — отца невесты — выступить на церемонии бракосочетания представителем стороны невесты и передать согласие и волеизъявление ее отца на этот брак, как того требовали традиции.

По такому случаю в гареме правителя тоже намечались празднества для его наложниц. Накрыт большой праздничный стол с десятками разнообразных блюд и угощений, приглашены танцовщицы с песнями и танцами, подготовлены ценные подарки от повелителя… Женщины с удовольствием восприняли такую новость и с самого раннего утра готовились, приводили себя в порядок, чтобы к обеду одеться в нарядные, заранее пошитые к этому дню платья и праздновать со всеми такое важное событие для всей страны.

В глубине души Эми была рада за Салеха. О красоте невесты не говорил только ленивый — значит, очень скоро он потеряет от любви голову, и этот брак по расчету перерастет в настоящую счастливую семью. Девушка нисколько не сомневалась в этом и искренне желала ему счастья, но праздновать это событие с наложницами эмира не собиралась.

У нее так и не получилось подружиться с кем-то из женщин. Многие очень ревностно относились к ее исключительному положению в гареме, ее статусу главной фаворитки, да и не могли простить особого отношения к ней эмира. Уже не первый месяц темой дня для всех сплетниц халифата и далеко за его пределами было трепетное отношение эмира Хафрака к своей белой наложнице. Ее все так и называли между собой — хурма-байда (араб. белокожая женщина).