Книга Развод в 42. Генерал, залечи мои раны, страница 2 – Элен Блио, Полина Измайлова

— Слав, с ума сошел? Это же твоя квартира. Бабушка тебе оставила.

— Мам, не мне, а тебе, я в курсе.

— А я дарю тебе. Живите. Перепишу на тебя.

— Спасибо, мам, ты у меня лучше всех.

— А ты у меня.

Сына я люблю безумно.

Он у меня один. Выстраданный, вымоленный. Родился он у нас слабым, в детстве много болел, были проблемы с сердцем, постоянные вирусы. Я всё перепробовала, все лечения. Потом отдала его на спорт, стала закалять, и, слава богу, к своим двадцати двум он сильный, смелый, ко всему подготовленный.

Ко всему, кроме предательства любимой, наверное.

В тот день у нас была эвакуация. Учения. Потом мой седьмой «А» отправился на экскурсию, без меня — это их педагог по истории повезла, а я неожиданно раньше освободилась, поехала домой.

Дверь открыла тихо, зашла.

Сначала даже не поняла, что дома кто-то есть. Обычно я приходила позже, но и Олег и Диана тоже были не дома, он на работе, она в универе.

Диана переехала к нам, когда Славка ушел служить по контракту. Мы решили, так будет лучше.

Вспоминаю, как сказала об этом своим подружкам, одна из них, Вика, как-то странно посмотрела на меня.

— Кира, а ты уверена, что хочешь дома молодую, красивую девицу?

— В смысле?

— В коромысле, Васильева. Молодая девица, твой Олег — мужчина в полном расцвете сил…

— Вик, ты с ума сошла? Это наша невестка, она жена его сына!

— Ага, а про снохачество ты ничего не слышала? Сейчас даже книжки популярные — «Мой горячий свекор!».

— Вик, давай закроем тему. Диане я доверяю, Олегу тоже.

Я доверяла.

Реально.

У меня и в мыслях не было!

Я ничего не замечала! Это потом уже стала разбираться…

Слишком они много времени проводили вместе. Слишком тепло общались. Их взгляды, улыбки, смех…

Сначала я услышала шлепки. Не сразу поняла — что это? Соседские собаки, что ли?

Потом стон. Протяжный, такой чувственный…

— Оле-е-ег…

— Да, моя дикая, да… Дианочка моя… девочка… еще… да…

Я не знала, что от шока может остановиться сердце.

Почувствовала, что не могу дышать.

Стояла в дверях спальни и смотрела на них. Голых, довольных, счастливых, жадно поглощающих друг друга.

Мой муж. И жена моего сына. Нашего сына.

Потом я упала в обморок.

А потом… Потом я решила поехать к сыну.

— Кир, не сходи с ума, зачем ты сама-то полезешь? — наша завуч, Светлана Николаевна, моя самая близкая подруга, наливает мне чай, садится рядом, смотрит так… С жалостью смотрит, сочувствующе. А как еще смотреть на женщину, у которой мир развалился на куски?

Я не нашла в себе сил смолчать.

Мне надо было выплеснуть, выговориться. А с кем еще, если не с самой-самой?

В голове еще не утихли звуки их совокупления, страсти.

Влажные пошлые шлепки. Стоны. Крики. То, как они самозабвенно этому отдавались. Как любовно переговаривались.

— Диана… Дианочка моя… Принцесса…

Господи, какая мерзость!

И она! Чистый, невинный цветочек — это как раз Светка так о ней сказала, когда впервые увидела.

— Ох, Кирюш, наплачетесь вы еще с этим цветочком из Зажопинска.

— Фу, Света, прекрати, что ты такая душная! — Я пыталась прикрыть свое состояние лживым смехом. Задушить на корню подлую свекровку в себе. Сама от своей натерпелась — не дай боже, решила — я такой не буду.

Но, видимо, это сидит внутри каждой мамы мальчика. Не слишком любить ту, которую он себе выбирает. А может… может, тогда уже чуяло материнское сердце? Не знаю.