Книга Семейное положение: папа-дикарь, страница 42 – Вероника Лесневская

Мне повезло, и теперь я перед ним в неоплатном долгу.

Салтыков — простой парень из небогатой семьи, но его сестра отхватила джек — пот, выйдя замуж за московского бизнесмена, который и вложил деньги в его проект. Сам Ярослав тоже времени зря не терял — влюбился в дочку заезжего инвестора, напоил ее моей настойкой, а потом украл со свадьбы и женил на себе. Живут душа в душу, девчонка счастлива, ребёнка от него носит, скоро рожать собирается.

— Тогда на больничный, — скептически осмотрев мой помятый вид, с сочувствием вздыхает Салтыков. — Не спорьте, Тихон, за все эти годы вы ни разу нормально не отдыхали. Переживем как — нибудь пару недель без вас. Ребят из службы безопасности вы обучили на совесть, они свое дело знают. Да и кому я сдался, в самом деле!

— Ну, не скажи, хозяин. За тебя я головой отвечаю, — для убедительности сжимаю кулак и опускаю его на стол. Вроде бы, легко, но канцелярские принадлежности подскакивают, а ручка босса скатывается на пол. — Сам себе не прощу, если с тобой или твоей юной леди что — то случится. В общем, никакого отпуска. Дел по горло.

— Мы с Таюшей здесь в безопасности, — продолжает он давить на меня даже из — под стола, пока наклоняется за ручкой. Стул подо мной скрипит, выдавая мое нервное состояние. — Тайга без вас простоит, браконьеры никуда не денутся — смиренно подождут вашего возвращения. За питомником хаски Елизавета присмотрит. Кстати, где она? — выглядывает. Многозначительно кивает на дверь, а потом переводит внимание на меня, будто я фокусник и сейчас достану ветеринара из штанов. — Разве не должна быть с вами?

— У твоей тетушки застряла, Ярослав Владимирович, в приемной, — устало взмахиваю рукой и кашляю в кулак. — Должна была сына с ней оставить и присоединиться. Но у этой занозы все не слава богу. Не удивлюсь, если что — нибудь сломала в офисе или разворотила по дороге. С неё станется, — ворчу, забывшись, и растираю горящее лицо ладонями.

Лихорадит. Плохо.

— Я смотрю, вы подружились, — с иронией усмехается босс, хитро поглядывая на меня. — И это очень кстати, Тихон, потому что она будет жить у вас.

— Что — о? — реву от неожиданности и… первобытного страха. — Какого?..

— Понимаю, — он выставляет ладони в защитном жесте и отъезжает в кресле назад. — Я знаю, как вы цените свое затворничество, но придется потесниться до Нового года. Не оставите же вы женщину с ребёнком на улице?

Юный манипулятор — знает, на какие болевые точки давить. Если на баб мне плевать, то дети — моя Ахиллесова пята. Они беззащитны, не успели напортачить в жизни и не могут постоять за себя. Как мой кровный сын, которого долбаная кукушка выбросила на улицу.

Кулаки сжимаются и разжимаются. Давление зашкаливает.

Решение не приходит. Только протест.

Никитку я согласен поселить у себя, но опасное приложение в виде Лизы вызывает нервный тик.

— Ей обещали один из домиков для туристов, — напоминаю с надеждой.

— Тц, Тихон, в этом и проблема! У нас сезон в разгаре, нет свободных номеров. После открытия отеля стеклянных иглу на курорте аншлаг. Не успеваем размещать всех желающих.

— Поищи место, Ярослав Владимирович. Вопрос жизни и смерти.

Звучит жалко, но я на колени упасть готов, лишь бы избавили меня от лукавой.

— Вам же лучше, если женская рука в доме появится.