Книга Диагноз: так себе папа, страница 53 – Вероника Лесневская

— Договорились.

Понимаю, что «выжить» - это самое подходящее слово для нашей ситуации. Миссия обречена на провал. Успокаиваю себя мыслью о том, что мы наконец-то вызволим Любочку из застенок детдома, а я смогу отчитаться Тае, что ее сестра в семье Воронцовых, как я и обещал. О временной жене, пожалуй, умолчу - старшая дочка не оценит. Я сам никак не отойду от шока.

— Жених мо-о-ожет поцело-о-овать невесту, - нараспев протягивает регистратор и врезается в нас пытливым взглядом режиссера порностудии.

Следовало попросить ее опустить все эти детали, требующие телесного контакта с бомбой замедленного действия, когда я оплачивал экспресс-свадьбу. Да и сейчас не поздно отказаться, но.… уже не хочется.

«Даже не думайте», - читаю по губам Марго. И врезаюсь в них поцелуем.

Жадно заедаю стресс, рискуя быть покусанным в ответ. Это лотерея, как заказать блюдо в китайском ресторане - или убежит, или сожрет тебя.

Обхватив ее затылок рукой, я нагло толкаюсь языком в испуганно приоткрытый рот. Она принимает меня, почти не дышит, как будто считает, сколько мне жить осталось. И эта математика явно не в мою пользу. Да и черт с ней!

Меня ещё после душа в отеле не отпустило.

Целую глубже, настойчивее. Как в последний раз. Впрочем, это он и есть.

Вместо похоронного марша по залу разливается мелодия первого танца. Вот это уже точно лишнее.

Я нехотя отрываюсь от застывшей, растерянной Мегеры, беру ее за руку и стараюсь не смотреть на покрасневшие, распухшие после поцелуя губы. Я мужчина слабый, безвольный - могу опять не сдержаться. Схватив паспорта со штампами и свидетельство, пулей вылетаю из зала.

— Воронцов! - возмущенно отчитывает меня Марго, когда мы садимся в машину. Неужели ожила! Я начал переживать, что совсем сломалась и ремонту не подлежит.

— Странно, Маргарина Андреевна, у вас время разгона увеличилось? Я ожидал, что вы мне ещё в ЗАГСе пощечину залепите, - хмыкаю невозмутимо, срываясь с места на зеленый свет. - За поцелуй извиняться не буду, это была вынужденная мера. Я сам жертва непреодолимых обстоятельств.

— Я не об этом, - злится она, взмахивая перед моими глазами раскрытым паспортом. - Вы зачем мне свою фамилию дали, если брак фиктивный? Я же могла остаться на своей. Теперь все документы менять, а после развода - снова…

— Не подумал, каюсь. Сотрудники ЗАГСа по инерции заявление заполнили, я не вмешивался - только деньги выдавал, как ходячий банкомат, - равнодушно пожимаю плечами. - Оставайтесь Воронцовой, ради бога. Мне не жалко.

Судя по шумному пыхтению рядом со мной, жить мне осталось недолго. Давлю на газ, как будто скорость может меня спасти от разъяренной ведьмы в салоне. Успеть бы Любочку забрать прежде, чем меня придушит новообращенная Воронцова.

Зря она артачится.

Маргарита Воронцова. Красиво ведь звучит.

— Влас, осторожно! - вскрикивает она в момент, когда наша Феррари целует в зад резко притормозившую впереди Ламбу. Громко, страстно, с причмокиванием.

Совет да любовь, черт возьми!

Нас ощутимо встряхивает, с силой дергает вперед. Что-то сбоит в электронике, крыша совершает слабую попытку подняться и заедает. Двигатель глохнет. Сзади сигналят автомобили. В хмуром небе ярким зигзагом сверкает молния, капли дождя барабанят по лобовому стеклу, залетают через щель сверху в салон.