Книга Пышка против регламента, или Боссу нельзя смеяться, страница 53 – Алекс Скай

Степан тоже улыбался.

Но Варя всё чаще ловила на себе его взгляд.

Не злой.

Хуже.

Изучающий.

К середине вечера Марк подошёл к ней у макета, где она как раз объясняла группе партнёров идею «маршрута обычного вечера» — от подъезда к набережной, от набережной к маленьким кафе на первых этажах, от кафе к двору, где человек может не только пройти, но и задержаться.

— Варвара Андреевна, — сказал он, когда гости отошли. — Вы украли мой вечер.

Она повернулась.

— Ваш?

— Компании.

— Тогда я верну с процентами в виде довольных партнёров.

— Уже вернули.

— Это прозвучало как похвала.

— Это и была похвала.

Варя моргнула.

— Марк Романович, предупреждайте. Я не успеваю эмоционально подготовиться.

— Учту.

— Внесёте в регламент?

— Возможно.

Он смотрел на неё так, что вокруг на секунду стало тише, хотя зал всё ещё шумел. Свет ложился на его лицо мягче, чем офисные лампы. В строгом костюме, среди партнёров, макетов и бокалов с безалкогольными напитками он всё ещё выглядел властным и собранным. Но уже не каменным.

Варя поняла это с внезапной ясностью: он менялся не потому, что она его смешила. Не потому, что проект требовал образа. А потому, что где-то внутри он сам устал быть только функцией.

Эта мысль была слишком серьёзной для корпоративного вечера.

Варя немедленно спряталась за улыбку.

— Кстати, вы сегодня почти улыбнулись.

— Неправда.

— Правда. Во время карточки про лавочку.

— Я оценил формулировку.

— Уголком рта?

— Профессионально.

— У вас очень выразительная профессиональность.

Марк чуть наклонился к ней, чтобы его слышала только она.

— Осторожнее, Варвара Андреевна. Вы снова намеренно раздражаете генерального.

— Пункт 7.3 сегодня приостановлен. Вы сами сказали.

— Временное решение.

— Тогда надо успеть.

Он посмотрел на неё.

И вот тут он действительно почти улыбнулся.

Не полностью.

Не так, чтобы зал ахнул, а Елена Викторовна немедленно составила протокол редкого явления.

Но достаточно, чтобы у Вари сердце сделало глупое, предательское движение куда-то вверх.

— Вот, — тихо сказала она. — Теперь зафиксировано.

— Где?

— В памяти проекта.

— Опасное место.

— Не более опасное, чем ваш архив.

Он ничего не ответил.

Потому что к ним подошёл Сергей Павлович Крайнов.

— Марк Романович, Варвара Андреевна, должен сказать: вечер получился неожиданным.

— В хорошем смысле? — уточнила Варя.

— В очень хорошем. Я пришёл на деловое мероприятие, а оказался в разговоре, который захочется продолжить. Это редкость.

— Значит, служебная дверь, задержавшая ведущего, тоже внесла вклад, — сказала Варя.

Крайнов рассмеялся.

— Надеюсь, в отчёте вы так и напишете.

Марк спокойно ответил:

— В отчёте будет указано, что оперативная импровизация Варвары Андреевны обеспечила сохранение темпа вечера и вовлечённость гостей.

Варя повернулась к нему.

— Вы сейчас сказали «импровизация» без внутренней боли?

— Не без.

— Но сказали.

— Прогресс.

Крайнов посмотрел на них обоих.

В его глазах мелькнуло понимание, которое взрослые умные люди иногда проявляют крайне некстати.

— Прогресс у вас, кажется, не только в коммуникациях, — сказал он.

Варя тут же открыла рот:

— Сергей Павлович…

— Я о проекте, разумеется, — добродушно добавил Крайнов.

Марк сохранил лицо.

Варя — почти.

Когда Крайнов ушёл, она тихо сказала:

— Мне кажется, он нас подловил.