Книга Пышка против регламента, или Боссу нельзя смеяться, страница 55 – Алекс Скай

И Варя была ей за это благодарна.

— Иди подыши, — сказала подруга. — У тебя лицо сейчас такое, будто ты одновременно хочешь смеяться, спорить и убежать.

— Это мой базовый набор.

— Сегодня он перегружен.

Варя кивнула.

В дальнем конце зала была стеклянная дверь на небольшой открытый балкон. Не совсем балкон — скорее узкая терраса под навесом, с видом на вечерний город и огнями проспекта внизу. Варя вышла туда, прикрыв за собой дверь, и впервые за несколько часов осталась в относительной тишине.

Воздух был прохладным.

Город шумел внизу мягко, как будто все его деловые разговоры, споры, дедлайны и чужие взгляды остались за стеклом. Варя оперлась ладонями о перила и закрыла глаза.

Вечер удался.

Проект звучал живо.

Партнёры довольны.

Марк почти улыбнулся.

И это последнее почему-то казалось опаснее всего остального.

Она услышала, как дверь за спиной открылась.

Не обернулась.

— Если это Лиза, предупреждаю: я не готова обсуждать свои чувства в бухгалтерских терминах.

— Не Лиза, — сказал Марк.

Варя открыла глаза.

Сердце, совершенно не уважавшее корпоративную иерархию, тут же решило напомнить о себе.

Она повернулась.

Марк стоял у двери, уже без галстука. Верхняя пуговица рубашки была расстёгнута, пиджак остался где-то в зале, и без всей этой идеальной деловой брони он выглядел непривычно. Всё ещё властно. Всё ещё собранно. Но чуть более настоящим.

— Простите, — сказал он. — Не хотел мешать.

— Тогда вы выбрали странное место для появления.

— Уйти?

Варя посмотрела на него.

Он действительно спрашивал.

Не приказывал, не занимал пространство по праву генерального директора, не делал вид, что балкон тоже входит в структуру его полномочий.

Просто спрашивал.

И это снова сбивало её с курса.

— Нет, — сказала она. — Оставайтесь.

Он вышел на балкон и остановился рядом, на уважительном расстоянии. Некоторое время они молчали, глядя на город.

— Вечер получился сильным, — сказал Марк.

— Вы уже хвалили меня сегодня. Аккуратнее, это может войти в привычку.

— Возможно.

Она повернула голову.

— Вы сейчас не отвергли угрозу?

— Нет.

— С вами что-то случилось, Марк Романович?

— Да.

— Что?

Он посмотрел на огни внизу.

— Вы.

Варя перестала дышать.

На секунду.

Может, на две.

Слово было сказано тихо. Не как признание. Не как флирт. Не как красивая фраза, которую мужчины иногда произносят, чтобы проверить, как она подействует. Скорее как факт, который Марк сам не до конца хотел произносить вслух, но уже не мог полностью отрицать.

Варя быстро улыбнулась.

Слишком быстро.

— Опасная формулировка. Я могу внести её в отчёт как причину отклонения от регламента.

— Можете.

— Вы сегодня слишком часто соглашаетесь.

— Устал спорить.

— С партнёрами?

— С собой.

Она замолчала.

Шутка снова не пришла.

Марк повернулся к ней. В свете из зала его лицо было наполовину освещено, наполовину в тени, и Варя вдруг подумала, что именно таким он, наверное, был всегда: не холодным полностью, не мягким, не простым. Человеком, который слишком долго держал себя в руках и теперь не знает, что делать, когда рядом появляется кто-то, кто эти руки не пытается разжать силой, а просто смеётся над их вечной сжатостью.

— Сегодня вы спасли вечер, — сказал он.

— Вы уже говорили.

— Не так.

— А как?

— Я говорил как руководитель.