Книга Моя идеальная, страница 247 – Настя Мирная

Вот только мне этого мало. Он же так и не закончил того, что начал в моём волшебном сне.

Закидываю руки ему на шею и углубляю поцелуй. Толкаюсь языком ему в рот. Сплетаемся жарко и влажно. Разлепляемся, только когда заканчивается кислород. Любимый косит на меня странный взгляд.

— Ты чего так смотришь? — выталкиваю, сладко потягиваясь, отчего куртка задирается вместе со свитером, оголяя полоску живота.

Тёма тяжело сглатывает, проводя пальцами по кромке штанов и, одёрнув руку, бурчит:

— Что тебе такого приснилось, что ты так на меня набрасываешься?

— Ты, Тёмочка. Что же ещё? — отбиваю, смеясь.

До подъезда, конечно же, он несёт меня на руках. Как бы мне не хотелось возмутиться, всё же принимаю решение смириться с этим, хотя бы до тех пор, пока не смогу передвигаться без постоянной физической боли.

Тёма опускает меня на ноги и открывает дверь. Едва мой взгляд цепляется за человека, стоящего, опираясь на стену, сердце дробит целые рёбра, а в горле замирает крик.

Можно ли простить?

— Что тебе здесь надо? — бросаю зло, сжимая пальцы и зубы.

Ну вот вообще ни разу не смешно. Я просто хочу, чтобы нас с Тёмой оставили в покое. Все! Я, мать вашу, просто мечтаю о спокойной жизни. Пусть весь этот грёбаный мир, в котором столько жестокости и несправедливости, хоть на части развалится или скатится в Ад. Мне плевать!

— Настя…

— Отвали от нас. Исчезни из моей жизни. — выплёвываю, делая шаг назад. Упираюсь спиной в сталь мужского тела. Только его близость и позволяет мне сейчас не сойти с ума. — Что стоишь? Я ведь ещё тогда сказала, что сделаю с вами, если вы просто приблизитесь к нам с Артёмом. Уходи! Убирайся! Проваливай! Это всё из-за тебя! Из-за тебя! Слышишь?! Я не хочу тебя видеть! — сама не замечаю, как перехожу на крик.

— Малыш… — добирается до меня успокаивающий голос любимого, и я, разворачиваясь, утыкаюсь носом ему в грудь, пряча лицо в складках куртки.

Тёма крепко обнимает, защищая, а я как, меленькая девочка, прошу:

— Пусть она уйдёт, Тёма. Пусть уйдёт. Прогони её. Прогони.

— Успокойся, родная. Всё нормально. — сипло просит любимый, но я могу только повторять, чтобы он её прогнал.

— Настенька. — снова зовёт мать, но я только сильнее зажмуриваюсь, сжимая ладонями ткань.

— Вам сейчас лучше уйти. — ровно бросает Северов, сильнее сдавливая мои плечи.

— Но я просто…

— Блядь, я же просил не лезть к нам сейчас. — рявкает Артём.

Меня передёргивает, но отнюдь не от его тона, а от слов.

Просил? Что? Когда? Что, мать вашу, происходит?

Отрываю голову от его грудной клетки и тут же вскидываю её вверх, встречаясь с бирюзовыми глазами. То, что я в них вижу, вынуждает меня вырваться из его рук и рвануть к выходу просто потому, что я не способна сейчас смириться с его предательством.

Как он мог? Как, блядь, мог общаться с моей матерью за моей спиной после всего, через что мы с ним прошли?

Едва толкаю дверь, Север перехватывает моё тело поперёк, крепко сжимая предплечьями мои руки. Каменные мышцы блокируют все мои движения, а рваное дыхание обжигает макушку.

— Успокойся, любимая. Я всё объясню.

— На хрен мне твои объяснения не нужны! — гаркаю, делая новую попытку высвободиться из его захвата.

Вот только это чертовски сложно, потому что бороться с этим парнем у меня никогда не получалось.