Книга После развода ты никто, страница 20 – Виолетта Вейл

— Видишь? — сказал Миша. — Теперь не падает.

Алиса села на ковер рядом с ним.

— Вижу.

— Потому что твоя комната теперь внизу. Она держит.

Он сказал это просто, не понимая, что только что дал ей больше сил, чем все взрослые могли отнять за вечер.

Алиса посмотрела на маленький желтый кубик в основании игрушечного дома.

— Хорошее место, — сказала она.

За дверью в коридоре послышались удаляющиеся шаги Кирилла. Потом голос Раисы Павловны, приглушенный, недовольный. Потом закрылась дверь кабинета.

Дом снова стал тихим.

Но тишина уже не была прежней.

Внизу меняли коды, вывозили коробки, согласовывали поездки и называли семейную жизнь объектом. Наверху маленький мальчик перестраивал дом так, чтобы мамина комната не рушила стены, а держала их.

Алиса взяла желтый кубик, прижала его к губам и впервые за весь вечер позволила себе не улыбаться.

Завтра она начнет искать адвоката.

Сегодня — запомнит, где в этом доме у нее осталось основание.

За завтраком Варя села рядом с Кириллом.

Не напротив, как обычно. Не сбоку от Алисы, где стоял ее стул с тех пор, как она переросла детское кресло и торжественно заявила, что теперь будет сидеть «как взрослая». Сегодня дочь вошла в столовую с планшетом под мышкой, молча поставила стакан с водой возле отцовской тарелки и опустилась на стул справа от него.

Мелочь.

В другом доме, в другой день Алиса, возможно, не придала бы этому значения. Дети меняют места. Десятилетние девочки вообще постоянно проверяют границы: то им нужно сидеть у окна, то подальше от младшего брата, то рядом с отцом, потому что он разрешает смотреть новости за едой и не замечает, если хлеб раскрошен на скатерть.

Но сегодня это не было случайностью.

Алиса стояла у кофемашины и смотрела, как Варя открывает планшет, не поднимая глаз. Кирилл сидел во главе стола. Свежая рубашка, темный жилет, телефон рядом с чашкой, лицо уже рабочее, будто вчерашнего разговора в кабинете не было. Миша ковырял ложкой кашу и строил из ягод на тарелке маленькую стену.

В столовой пахло кофе, теплым хлебом и клубникой. На столе стояла та самая коробка, которую вчера принесла Инга. Красивая, белая, с золотой лентой. Тамара, наверное, переложила ягоды в хрустальную вазу, но ленту почему-то оставила рядом. Как напоминание.

Алиса подошла к столу.

— Доброе утро.

Миша сразу поднял голову.

— Мам, я построил крепость от каши.

— Вижу. Каша нападает?

— Она мокрая.

— Опасный противник.

Он улыбнулся. Маленькая, сонная улыбка, ради которой можно было выдержать весь этот стол, весь этот дом и даже Кирилла, спокойно намазывающего масло на тост.

Варя не улыбнулась.

— Доброе утро, — сказала она, не глядя на мать.

Кирилл поднял глаза.

— Я попросил водителя отвезти тебя к Наде после детского расписания.

Алиса поставила чашку на стол.

— Я просила машину на десять тридцать.

— У Вари дополнительные занятия в одиннадцать. Машина нужна ей.

— У Вари занятия в школе. Ее отвозит второй водитель.

— Второй сегодня занят.

— Чем?

Кирилл посмотрел на нее так, будто этот вопрос был лишним при детях.

— Рабочим поручением.

Алиса медленно села.

— Понятно.

Варя чуть заметно напряглась, хотя продолжала смотреть в планшет. Миша перестал двигать ягоды. Дети слышали не слова. Они слышали скрип под полом, которого взрослые делали вид, что нет.