Книга Удержать 13-го, страница 97 – Хлоя Уолш

— Так и есть, – выдохнула я, обнимая его за шею. – Просто будь таким, как сейчас.

Стараясь его успокоить, я забралась к нему на колено, зная, что не следует этого делать, он ведь еще не поправился, но мне не хватило силы воли, чтобы остановиться.

— Ты такой хороший, – сообщила я ему, запуская пальцы в его волосы и привлекая его ближе к себе. – Ты такой хороший человек, Джонни Кавана, ты и сам того не понимаешь. Ты не видишь, что регби не имеет отношения к тому, насколько ты особенный. Но я вижу. Я это вижу, и я это знаю.

— Видишь? – Он положил руки мне на бедра и с силой выдохнул. – Ты так говоришь, и я тебе верю.

— Потому что это правда, – с трудом произнесла я, дыша слишком быстро. – Я просто… боже, да ты понятия не имеешь, какой ты чудесный!

— Чего ты хочешь от меня, Шаннон? – хрипло, с напряжением спросил он. – Я тебе дам все, что тебе нужно, детка. – Качнув головой, он застонал, словно ему стало больно. – Я просто… я хочу, чтобы ты была счастлива.

— Ты, – прошептала я. – Мне нужен весь ты.

— Я уже твой, – простонал он и прижался губами к моим губам.

Сердце громко ударилось о мою грудь, тело заныло, пульсируя. В глубине нарастала боль, которую только он мог успокоить. Вообще-то, я была просто уверена, что мне никогда не насытить жажду просто быть с ним. Закрыв глаза, я держалась за него, целуя в ответ, отдаваясь ощущениям, заполнявшим меня.

Возможно, Даррен и был прав, я слишком привязалась к Джонни, но я не находила в своем сердце сожалений.

Все во мне стремилось к нему, я ничего не видела, кроме него, – я и думать не могла о чем-то, кроме потока чувств к нему. Даже мозг, та часть меня, которой следовало бы проявить осторожность, поощрял меня беспечно следовать сердцу, отдать его целиком этому парню и поверить, что он его не разобьет.

И я так и сделала.

ДЖОННИ

Еще не открыв глаза, я уже знал, что меня ждут неприятности.

Тон, которым мама во весь голос звала меня по имени, был тому подтверждением.

— Джонатан Кавана! – Ее крик дробил тишину, стучали по плиткам высокие каблуки. – Лучше тебе показаться, где ты там прячешься, и объяснить, какого черта здесь происходит!

Я в ошеломлении сел, не до конца проснувшись, и быстро заморгал, пытаясь понять, какого черта тут происходит.

— А, вот ты где! – рявкнула мама. – Почему ты спишь в гостиной?

Я в гостиной?

Опираясь рукой о спинку дивана, я посмотрел на маму, совершенно растерянный.

— Я… э-э… – Я шумно зевнул и постарался расправить плечи. – А?..

— Ты вообще понимаешь, почему Мэри Линч сегодня утром первым делом прислала сообщение твоему отцу с вопросом, где ее дочь? – резко спросила мама, стоя в дверях и упираясь руками в бедра.

— Что?– Почесывая грудь, я переспросил: – Мэри кто?

— Мэри Линч! Мать Шаннон.

Хреново.

— Ну? Я жду объяснений, Джонни!

Маленький теплый комочек у моего бока зашевелился; из-под пледа выглянули полуночно-синие глаза.

Вдвойне хреново.

События прошедшей ночи хлынули в память, плеснув заодно тепла и в член.

— Привет, – одними губами произнесла Шаннон, в ужасе глядя на меня огромными глазами; она сжимала в пальцах край пледа и не сводила с меня глаз. – Помоги.

С того места, где стояла мама, была видна только спинка дивана. На мгновение меня охватило облегчение.