Книга Кто не спрятался, я не виновата, страница 63 – Варвара Шестакова

Изабель меня недолюбливала и смотрела как будто свысока. Я прощала ей это, она была старше меня на десять лет, и главное оружие женщины (как мне тогда казалось) – молодость – в ее случае уже начинало давать осечки.

Однажды она пришла к нам домой, возбужденная и разогретая по пути глотком коньяка, и бросила с порога:

— У меня хорошие новости! Я хотела позвонить тебе, Мартин, но решила воспользоваться поводом обрадовать тебя при личной встрече!

— Ну что там, не тяни! – Мартин заботливо снимал с нее пальто, придерживая за руку, пока она расстегивала свой сапог на длинном тонком каблуке. Я смотрела, как он держит ее пальцы в своей ладони, и мне хотелось плюнуть и отвернуться. Всякий раз она искала возможность вступить с ним в какой-нибудь маленький физический контакт, как бы невзначай, как бы случайно и обязательно на моих глазах.

— Я нашла спонсоров! Небольшая, но очень перспективная молодая кинокомпания! Они специализируются на артхаусном кино, их заинтересовала идея! Пятьдесят процентов финансирования они возьмут на себя, на остальные пятьдесят уговорят Нацбюро, у них есть там свои люди.

— Да что ты! Изабель! – Мартин вскинул руки к небесам, хотя в его случае это было к потолку, и издал рев победителя. Ему вторил визг Изабель, она скакала поочередно на каждой из своих ног, обтянутых кожаными штанами, и тянула к нему свои руки.

— Бог мой, как это здорово! – сказала я.

— Но есть одно условие! – прервала гогот Изабель. – Они хотят, чтобы роли исполнялись неизвестными актерами, ни одного замелькавшего имени, совершенно новые свежие лица.

— Это проще простого, – развел руками Мартин, – молодых актеров сейчас просто пруд пруди, каждый год из Драматической консерватории^[10] как из печки вылетают десятки свежеиспеченных артистов, еще столько же с Курсов Флоран^[11], я уже не говорю про мелкие частные лавочки. Устроим грандиозный смотр.

— На роль Магды и Гора молодые, может быть, и подойдут, но вот Кречмар не то что бы сильно молод, – возразила Изабель.

— И с Кречмаром разберемся, не переживай! Ну что, девушки! – Мартин наконец вспомнил и про мое присутствие на его празднике жизни. – Думаю, это повод открыть шампанское! А, Люсьен, как ты на это смотришь?

— С энтузиазмом и покорностью! – ответила я и отправилась за бокалами.

— Хорошо, но только одну бутылку. Не больше! – согласилась Изабель, глядя на часы. – У меня сегодня еще встреча!

И она последовала за мной на кухню.

Мартин поставил пластинку. Пока мы пили шампанское, заедая шпинатным пирогом, оставшимся с завтрака, Изабель рассказала, что у нее на примете есть опытный оператор. Она работала с ним уже пару раз, Вадим, с русскими корнями и уникальным, по ее словам, взглядом.

Итак, начало было положено.

Наш дом, то есть дом Мартина, балансировал в двух состояниях: иногда мы выпадали из внешней жизни и запирались на несколько дней вдвоем в просторном светлом логове, вырываясь наружу лишь за пропитанием, а иногда квартира ломилась гостями и сотрясалась от топота ног.

Вскоре после моего переезда он познакомил меня со своей семьей. Его мать, «женщина с характером, которую, главное, не воспринимать всерьез», как он мне бегло сообщил перед встречей, мне не понравилась сразу. Я и не собиралась воспринимать ее всерьез. На ее коротенькую шею была насажена голова, с зачесанными вверх волосами, словно горшок с диковинным растением.