Книга Детка. Вы мне не нужны, страница 52 – Зоя Берг

То есть… мы вернулись к исходной точке. Лешка. Букет. «Спасибо за шанс». И ты «такая дура».

«Сама виновата».

Если бы не все это… Ведь было же тепло между нами. Да, пусть странное. И пусть у него есть эта девушка, эта подруга… И может Катька права – может она и правда просто подруга… А теперь. Теперь он совсем-совсем закрылся. Я утыкаюсь лбом в колени. Дышу. Вдох. Выдох. Глаза щиплет. Но слез нет. Только тяжесть.

«Может извиниться?».

А смысл? Я уже пыталась – извиниться, объясниться. И что? Я ни в чем перед ним не виновата, в конце концов! Он мне кто? Муж? Любовник?

«Никто».

«Ну вот и ладушки».

Я выдыхаю. С шумом. И чувствую, как на смену злости на себя приходит злость на него. Да, он меня поддержал. Да, в самые сложные минуты он оказывался рядом. Но если бы я к нему не пришла – то ничего этого и не было бы. Жила бы себе спокойно.

«Ну не спокойно, конечно. Но как-то бы жила».

И я не просила у него всего этого. Больницы, ромашки. Чертовых крекеров! Я вскакиваю. Начинаю метаться по комнате собирая вещи.

«Надо уехать! Вот прямо сейчас! Вызвать такси…».

Замираю. Такси? Нет. Нет! Только не такси. Я кладу руку на живот.

«А если… что-нибудь… опять?».

Опускаюсь в кресло. Василий уже, конечно, уехал. Но я же, наверное, могу. Попросить…

«Опять попросить помощи?».

Да. Опять попросить помощи. В последний раз. И я же не просила везти меня сюда! Встаю. И решительным шагом выхожу из комнаты.

Он в гостиной. Сидит в кресле у камина. Ноутбук на коленях. Экран светит, отбрасывая тени на лицо. Усталое. Сосредоточенное. Пальцы лежат на клавиатуре, но не печатают. Просто лежат. Я останавливаюсь в дверях.

— Рус?

Поднимает на меня глаза.

— Я хочу домой, - слышу в своем голосу усталость. - Понимаю, что Василий уже не работает. Но на такси… страшно. Может быть можно позвонить Василию?

Он медленно поднимает руку. Закрывает ноутбук. Ставит на столик. Смотрит на меня. В его глазах - что-то непонятное. Злость? Усталость? Разочарование? Но точно не облегчение.

«Черт».

— Ну раз у тебя такое нестерпимое желание, - тихо, без эмоций. - Я сам тебя отвезу.

Я моргаю.

— Иди собирайся.

Он встает. Подходит к вешалке. Берет ключи. Металл звенит в тишине.

— В конце концов, ты взрослая девочка, - бросает через плечо. - И можешь жить свою жизнь так, как хочешь. Я вздрагиваю.

«Взрослая девочка».

«Жить как хочешь».

Он дает мне выбор? Нет. Он констатирует факт. Хочешь уйти – уходи. Опять. Снова. Типа открывает дверь. И ждет, пока я уйду. Я смотрю на его спину. На ключи в руке. На тень от камина на стене. Внутри что-то обрывается. Не от боли. От пустоты. От того, что он прав. Я могу. Я всегда могу. И всегда ухожу.

— Хорошо, - шепчу.

Разворачиваюсь. Иду наверх.

«Это правильно. Ты все делаешь правильно».

Я захожу в комнату. Беру сумку. Смотрю на кровать. На окно. На сад в темноте. Яблони стоят черными силуэтами.

«Слышишь?»- думаю я в сторону живота. -«Мы едем домой. Наш дом. Там пыль. Но там хорошо и спокойно. И понятно. Все-все понятно».

Внутри тихо. Но я знаю, что он там. И что он меня слышит.

Спускаюсь. Рус стоит у двери. В куртке. Ждет. Не смотрит на меня. Смотрит в пол. Дышит ровно.

— Готова?

— Да.

Мы выходим. Дверь закрывается. Щелчок замка. Я иду первая, тянусь к ручке, открываю, забираюсь на пассажирское виденье. Пристегиваюсь. Ремни прижимают к сиденью. Он заводит двигатель. Фары режут темноту. Свет ложится на асфальт длинными полосами.