Книга Детка. Вы мне не нужны, страница 50 – Зоя Берг

— Зачем я здесь? - перебиваю.

— За тобой нужен присмотр. - Он забирает у меня сумку. Я даже не помню, как ее подняла.

— Я могу у мамы, - шаг вперед. Ноги ватные.

— Врач - Иван Семенович - мой друг, переводит взгляд куда-то выше моей головы. - Он настаивал. Хотя бы сутки под наблюдением. И я пообещал. Моя помощница - бывшая медсестра. Скоро придет, побудет с тобой. Я вернусь вечером. Завтра, если хочешь, поедешь к маме.

«Надо уехать. Прямо сейчас. Пока… пока я не начала… что? Злиться? Благодарить? Плакать? Делать глупости».

Но внутри - усталость - как будто кто-то выключил рубильник. И живот тихо ноет - стресс, адреналин, удар. «Все хорошо», - сказал врач. Но тело помнит, потому что знает цену каждому синяку.

— Хорошо, - выдыхаю.

Он кивает.

— Помочь дойти?

— Сама, - отрезаю.

Адреналин придает силы. Я чуть встряхиваюсь и иду за ним к лестнице.

Через час стук в дверь. Нина Петровна - маленькая, быстрая, говорит тихо, двигается плавно. А смотрит так будто видела много чужой боли и относится к ней с уважением.

— Вам нужен покой. Я просто побуду в доме. Если что - я на кухне.

— Мне ничего не нужно, - бормочу, - спасибо.

Она выходит. Ложусь обратно в кровать.

«Он притащил меня сюда. Не спросил. Не дал выбрать. Просто решил. Как обычно».

Но зачем?

«Чтобы чувствовать себя спасителем».

Я вздыхаю. Мысли путаются. Странно, еще с утра я чувствовала себя совсем неплохо. Надо, наверное, поспать. Закрываю глаза. Открываю. В дверях стоит Нина Петровна.

— Ой, я вас разбудила? Простите. Просто… три часа уже. И я хотела.

Перевожу взгляд на поднос в ее руках. Тарелка, чашка, корзинка с хлебом.

— Спасибо, - сажусь. Запах еды бьет в нос.

Первая реакция – тошнит. Вторая реакция – я голодная.

— Я вот тут аккуратно поставлю, – она подходит к небольшому столику у окна. - А вы поешьте, вам нужны силы.

Киваю. Она улыбается в ответ и выходит. Тащу себя в ванную. На лбу синяк, под глазами – тоже. Волосы торчат по все стороны.

«Нет, это уже ни в какие ворота».

Стаскиваю шмотки и засовываю себя в душ. После ванны сильно легче. Одеваюсь в пижаму. Чуть было не хихикая от того, что мои чемоданы – с пижамой, косметикой, книжкой и ромашкой – так никуда из этого дома и не уехали. Вернее, уехали, но вернулись.

«Как и ты».

Сажусь к столику. Суп почти совсем остыл, но все равно вкусно. Еда придает силы. Я съедаю весь суп, выпиваю чай. Потом решаю отнести посуду. Нина Петровна на кухне – неистово трет раковину, тихо напевая себе под нос.

— Кхм, - откашливаюсь.

— Ой, - оборачивается, смахивает со щеки волосы рукой в большой желтой резиновой перчатке, - Да зачем же вы. Я бы и сама…

— Мне не сложно, - улыбаюсь, - Да и хотелось встать. Со вчерашнего дня то лежу, то сижу.

— Вам сейчас только так и надо! – строго. – Ну ладно, - мягче, - раз уж принесли…

Она стаскивает перчатки, я прохожу к столу, ставлю поднос.

— Может быть чаю хотите? Кофе я вам не предлагаю…

— А мне и нельзя, - вылетает из меня.

Она прищуривается. Обводит мою фигуру взглядом.

«Неа, ничего еще не видно».

Но, кажется, она догадывается.

«Либо у тебя уже паранойя!».

— Хорошо, - она кладет перчатки. – Тогда точно чай. С враньем. Я сама варила, только Руслан Андреевич его не ест. А мне… обидно!

— Варенье – это прекрасно, - я сажусь за стол, - С удовольствием попробую.