Онлайн книга «Серпентарий»
|
— Поцелуй. Меня. В зад! Гад! — О, я помню, и, – мелькнули белые зубы в оскале, – раз ты просишь… Он помнит! А она, Морок ее дери, нет! — Ты же не… – Нуру прервали, рывком разворачивая. Она вжалась грудью в стену, руки ее теперь были заведены за спину. – Эй! Отпусти меня! — Как только выполню первый приказ… В его голосе звучала слишком явная насмешка. Уроборос задрал ее футболку, и его рука… Нура резко выдохнула, когда почувствовала, что он сжал внутреннюю часть ее бедра. — К тому же у всего своя цена. Ты хочешь, чтобы я поцеловал твою попку, а я хочу, чтобы ты кончила под моим языком. Мы будем в расчете, и я отпущу тебя… Нура взвизгнула, ощутив, как Змей покусывает ее ягодицу, а затем смачно целует ее. Сердце бешено стучало, создавая грохот в ушах. Он только что… Что? Уроборос поцеловал ее задницу! — Вот так, а теперь будь хорошей девочкой… Нура не успела ответить, когда ее снова развернули. Проклятие! Ею вертели, как гребаной игрушкой. Секс-игрушкой. А она задыхалась от страха и злости, но больше от желания. Несмотря на то что Уроборос удерживал Нуру, она ощущала некоторое превосходство, потому что Змей стоял перед ней на коленях. Сегодня он был без кепки, и ничего не мешало ему уткнуться в ее живот лбом. Слышалось его рваное дыхание: короткие выдохи и длинные вдохи. О духи милостивые! Он что, нюхает ее? Проклятый гад! И все же… Это до Морока возбуждало. — Ну-ра, – выпорхнуло из его рта. Два слога, словно два крыла, пронесли ее имя и разлетелись по комнате эхом. Нура не могла и подумать, что собственное имя в устах Уробороса окажется таким будоражащим. Она приоткрыла рот, пытаясь выровнять дыхание, схватиться за снова исчезающую благоразумность. По венам будто тек яд. Змей отравил Пташку зависимостью, одержимостью, жаждой. — Ты споешь для меня еще, – пробормотал Уроборос, рассыпая влажные поцелуи по внутренним сторонам ее бедер. И Пташка покорно запела. Она захныкала, раздвигая ноги, словно умоляя Змея покончить с этой приторной пыткой. Он отпустил ее руки, схватил правую ногу под колено и занес ее себе на плечо. Нура вцепилась в его капюшон, загребая в охапку и его волосы. И вскрикнула, когда ее, будто током, пронзило прикосновение к клитору. Уроборос довольно рыкнул. Его раздвоенный язык задвигался вверх-вниз по складкам, он словно пытался собрать с них всю влагу, при этом лишь играя. Изумрудные глаза хитро сияли в полумраке, они следили за реакцией. Змей продолжал мучить, медленно вылизывая Пташку. Она застонала, настойчиво поддавшись бедрами вперед, но Уроборос отстранился, хищно проводя языком по своим блестящим от влаги губам. — Ты знаешь, что должна сделать. Проси. Создавалось впечатление, что Нура застыла на краю пропасти. Темной, как змеиный зев, готовой проглотить добычу целиком. Если отступить – окажешься в безопасности, а если прыгнешь, можешь разбиться, но можешь и взлететь. Нура хотела безопасности, но Пташка хотела летать. — Пожалуйста, – пролепетала она, почти скуля от пульсирующей боли между ног. Ей нужен был Змей, его горячий рот и его раздвоенный язык, кончики которого пробирались в самые потаенные участки тела. — Хорошая девочка, – оценил старания Уроборос, сдавливая ее бедро на своем плече одной рукой, а второй впиваясь в ее ягодицу. – Ты заслуживаешь награды. |