Книга Наказана с наслаждением, страница 85 – Кира Эро

Толпа зашумела, и я услышала голоса, в которых угадывалось согласие с её словами.

Как обычная смертная могла…

Должна быть магия…

Иначе не объяснить…

Я почувствовала, как внутри поднимается паника, как земля уходит из-под ног, и впервые за долгое время осознала, насколько я уязвима здесь, среди существ, которые могли убить меня одним движением.

Мне конец.

Я открыла рот, чтобы что-то возразить, но не успела, потому что двери в зал распахнулись с грохотом, ударившись о стены, и в проёме появилась фигура, от вида которой вся толпа замерла.

Кьяртан.

Он шёл через зал медленно, размеренно, и каждый его шаг отдавался в тишине гулким эхом, а от исходящей от него ярости воздух буквально искрился. Я видела, как драконы расступаются перед ним, как даже самые смелые опускают взгляды, не желая встречаться с его глазами, горящими холодным серебристым огнём.

Он остановился рядом со мной, и я почувствовала, как его рука ложится на мою талию — не защитно, а собственнически, как заявление прав, понятное каждому присутствующему.

Моя.

Трогать запрещено.

Потом он повернулся к Сирене, и я увидела, как та побледнела, несмотря на всю свою уверенность.

— Ты смеешь, — произнёс он тихо, но голос прозвучал так, что все в зале услышали каждое слово, — оскорблять мою избранницу ложью?

Сирена дрогнула, но быстро взяла себя в руки, выпрямляясь и глядя на него с той отчаянной храбростью, что рождается из безысходности.

— Это не ложь! — воскликнула она, и голос сорвался на крик. — Она околдовала тебя, Кьяртан! Ты не видишь? Триста лет я ждала! Триста лет любила, надеялась, верила, что ты однажды увидишь меня! А ты выбрал её! Она украла тебя у меня!

В зале воцарилась мёртвая тишина, и я почувствовала, как все взгляды переключаются между Кьяртаном и Сиреной, словно зрители на теннисном матче.

Вот теперь интересно.

Драма накаляется.

Кьяртан смотрел на Сирену долго, и на лице читалось такое холодное презрение, что я невольно поёжилась.

— Я никогда не любил тебя, — произнёс он спокойно, будничным тоном, словно обсуждал погоду. — Ты была удобной. Не более. Компанией на один вечер, когда скучно и одиноко. Но любовь? Нет, Сирена. Никогда.

Я увидела, как что-то ломается в её глазах, как лицо искажается от боли и унижения, а потом — от ярости, такой чистой и всепоглощающей, что меня передёрнуло.

— Тогда умри с ней! — взвыла она, и голос сорвался в рык, нечеловеческий, полный той дикости, что скрывалась под оболочкой цивилизованности.

Она начала трансформироваться — прямо здесь, в зале, не дожидаясь, пока её выведут наружу, и я почувствовала, как Кьяртан отталкивает меня в сторону, прикрывая собственным телом.

Кости хрустели, кожа лопалась, уступая место чешуе, и через мгновение на месте изящной женщины возвышался дракон — серебристый, изящный, с крыльями, что заполнили половину зала, и глазами, горящими безумием ревности.

Она взревела, и звук был таким громким, что я зажала уши ладонями, чувствуя, как барабанные перепонки готовы лопнуть.

Кьяртан трансформировался тоже — быстрее, плавнее, и его чёрная форма заслонила меня полностью, превратив мир вокруг в темноту.

Потом они взмыли вверх, пробив крышу зала одним ударом мощных крыльев и устремившись в небо, где начался бой, от которого земля дрожала под ногами.