Книга Мисс Вселенная для Космопиратов, страница 110 – Тина Солнечная

Нам плевать, что нас всё ещё могут смотреть. Пусть смотрят.

Я не помню, как мы оказались на этой узкой койке. Просто в какой-то момент он тяжело опустил меня на матрас, а сам лёг сверху, прижимая меня горячим, тяжёлым телом так плотно, что холод стен больше не мог ко мне подступиться.

Его ладони скользили по моим бёдрам, медленно, настойчиво. Пальцы дрожали чуть-чуть — не от страха, а от того, как сильно он себя сдерживал. Он проводил ими по моей талии, по изгибу живота, поднимал рубашку чуть выше, но не торопился срывать с меня всё сразу.

Я закрыла глаза — губы всё ещё горели от его поцелуев. Сердце грохотало в висках. И вдруг он отстранился, опёрся лбом о моё ухо, так близко, что его дыхание обжигало кожу.

— Нам надо остановиться, — хрипло выдохнул он. — Ты будешь жалеть об этом, когда нас вытащат. Света…

Я едва выдохнула смех, но он застрял в горле. Открыла глаза и уставилась в его лицо. Глаза у него были мутные от желания и злости к самому себе.

— А ты… — Я сглотнула, ладонь дрожащая легла ему на щёку. — Ты будешь жалеть?

Он посмотрел на меня так, что внутри всё рухнуло.

— Нет. Ни секунды, — выдохнул он.

И прежде чем я успела придумать что-то умное, он снова накрыл мои губы своими — резко, жадно, так, будто этот поцелуй мог выжечь нас обоих.

Он оторвался всего на миг — взгляд цепкий, тяжёлый. Его руки уже стягивали с меня брюки и бельё — не торопясь, но и не давая мне ни шанса передумать.

— Ты уверена? — выдохнул он, почти рыча у моего уха. Пальцы горячие на моей коже.

Я провела ладонью по его спине, вцепилась в неё так, что ногти оставили бы следы, и выдохнула прямо в его губы:

— Да.

Он не сказал больше ни слова. Он просто взял меня — ровно так, как я просила. Его движения были резкими, но в них не было зверства — только та рваная жадность, что рождалась не от похоти, а от злости ко всему, что нас заперло тут.

Он вошёл в меня глубоко, одним твёрдым толчком, и вырвал из моей груди короткий вскрик, который он тут же перехватил губами. Целовал так, будто хотел запереть в себе всё моё дрожащее дыхание. Руки жадно сжимали мои бёдра, он держал меня так крепко, что я даже не пыталась вырваться — я и не хотела.

С каждым движением я чувствовала, как эта тупая тревога, страх, мерзкий привкус их камер и грязных глаз за стеной выгорает где-то между нашими телами. Толчки были сильными, плотными, он буквально вбивался в меня снова и снова, глухо рыча мне в ухо что-то неразборчивое — но я понимала смысл: «Ты здесь. Ты со мной. Ты не их.»

Я цеплялась за его спину, царапала плечи, ловила губами его шепот. И где-то внутри, когда очередная волна удовольствия накрыла меня так, что я задохнулась от собственного стона, меня вдруг пронзала эта странная, колкая мысль:

Секс действительно помогает от стресса.

И я ухмыльнулась — прямо в его губы, пока он продолжал рваться в меня жадными толчками, всё глубже, всё сильнее.

После того, как всё стихло — стук сердец, наша тяжёлая жадность, он помог мне одеться. Его пальцы были тёплыми, осторожными: он натянул на меня брюки, застегнул молнию, провёл ладонью по моему боку, будто хотел забрать обратно всё, что только что случилось между нами.

Он сам быстро поправил свою одежду — рубашка съехала на одно плечо, волосы были растрёпаны. Но ему было плевать. Он снова притянул меня к себе и буквально усадил на колени, обняв за талию так крепко, что я почувствовала, как под его рукой у меня в животе всё дрогнуло.