Книга Запретные чувства, страница 37 – Нинель Мягкова

Меня передернуло от мыслей Высшего на этот счет. Он вовсе не считал, что поступает плохо. В его глазах он приносил пользу обществу! Помимо того что подпитывал жизненные силы племянника, сильного менталиста, на котором держалось функционирование нескольких банковских систем (у парня обнаружились гениальные задатки математика, он обрабатывал запросы посетителей и отслеживал суммы на счетах куда быстрее и эффективнее артефактов), Меддер еще и проводил исследования. Ставил опыты на бедных девушках. Станут ли ярче их эмоции, если им внушить иллюзию свободы? Если подкорректировать их переживания так, что стресс выльется в физическое возбуждение, а то и оргазм?

Естественные щиты надежно защищали разум драконов, но маг придумал, как обойти этот барьер.

Боль.

Для того и наносилось это чудовищное количество ножевых ран в конце, перед самой смертью. Чтобы замаскировать следы пыток, которым бедняжки подвергались всю неделю с момента похищения!

На какое-то мгновение меня кольнуло сочувствие к юному эльфу, не сумевшему справиться с подступающим безумием.

Но не к его ближайшему родственнику, который, вместо того чтобы поддержать и защитить, потакал извращенным начинаниям. Если бы могла, я бы и сама уничтожила Меддера.

Выбравшись из его сознания, я оценила поле битвы.

Прошло от силы несколько секунд, но было видно, что драконы, несмотря на численный перевес, проигрывают.

Вот помощник Орвела отлетел по инерции и врезался во что-то твердое, так что чуть не потерял сознание. Кажется, сломал крыло.

Вот сам золотой замотал головой — очередной жуткий образ, подкинутый безжалостным менталистом, смял его щиты и дезориентировал.

Я поняла, что должна вмешаться.

Пусть потом, при экспертизе, меня вычислят как соучастника — плевать.

Убийца не должен уйти от правосудия.

Глава 13

Как именно происходит отсечение сознания от тела при реабилитации, я знала во всех интимных ужасающих подробностях.

Мать постаралась. Даже в центр сводила, чтобы я пронаблюдала за процессом. И на всю жизнь запомнила пустое лицо ребенка чуть старше меня, которого подвергли этой омерзительной, но необходимой для социализации процедуре. Настоящая кукла без желаний, потребностей и самоосознания.

Рванувшись вперед, стремительно, чтобы не передумать и не попасться, я окутала даром заигравшегося во всемогущество менталиста и заточила его в непроницаемое стекло заклинания.

Для того чтобы удержать его положенные пятнадцать секунд, кажется, ушли все силы, в том числе жизненные. Меддер бился, яростно рыча и пытаясь вырваться из ловушки, но я держала крепко.

За всех девушек, что лишились жизни по прихоти одного напортачившего эльфа.

За всех тех, кого подвергли этой страшной процедуре только потому, что они иные и не вписываются в стандартные критерии.

За свою рассыпающуюся на глазах психику.

Я удержала.

Разум Меддера затих.

При отрыве от тела магия быстро угасает. За те самые десять-пятнадцать секунд. Дальше он уже не опасен, можно спокойно отделить базовые когнитивные функции от излишеств вроде стремлений и увлечений.

Процесс необратим. Даже если после мага попытаются вернуть, он не станет прежним. Каналы, связывающие магию и разум, нарушены. Он останется на Изнанке, возможно, сохранит личность, но Высшим менталистом уже не будет никогда.