Книга В объятиях Шиммерита, страница 58 – Катерина Кант

Я знала, что он контролирует свою силу, что Мраки не тронут меня, что это просто защита, просто напоминание о том, кто здесь хозяин. Но всё равно внутри меня разлился холод, что появляется, когда понимаешь: человек, которого ты любишь, способен на такое, что даже его собственная тьма слушается его беспрекословно.

— Не смотри на меня так, — попросил он севшим голосом. — Я не чудовище, Солери. Я просто не хочу больше терять то, что мне дорого.

Он наклонился и поцеловал меня, бережно, почти отчаянно, будто боялся, что это в последний раз. Его руки скользнули по моей спине, прижимая меня ближе к его горячему телу. Я ощутила, как его сердце бьётся в такт с моим, сильно, почти болезненно.

— Останься со мной, — прошептал он, отрываясь от моих губ. — Прошу тебя.

Я смотрела в его карие глаза — красивые, глубокие, в которых всё ещё горел огонь, что сжигал его двести лет, но теперь этот огонь был другим — не разрушающим, а защищающим, — и понимала, что не могу отказать. Но и позволить ему уничтожить всё королевство не могу.

— Я не оставлю тебя, — ответила я, понимая, что не смогу этого сделать, даже под угрозой смерти. — Но я не могу позволить тебе убивать невинных.

— Маленькая моя, — сказал он и поцеловал меня в лоб. — Что мне с тобой делать?

— Не убивай тех, кто не виноват, — попросила я. — А остальных… остальных я оставлю тебе.

Он не ответил, уткнулся носом в мои волосы, и я чувствовала, как его дыхание согревает мою макушку, и как его руки обнимают меня крепче, чем когда-либо.

Я знала, что он не остановится, что война неизбежна, и я понимала: смотреть на это со стороны я не смогу.

Но в этот момент, в его объятиях, я позволила себе забыть обо всём — о картах, о планах, о крови, которая скоро прольётся. Потому что он был прав. Он не хотел терять то, что ему дорого. И я не хотела терять его.

Но внутри меня уже зрело решение, о котором я не сказала ему ни слова. Я не могла позволить ему убивать невинных. Значит, я должна была предупредить их. Даже если это будет стоить мне свободы. Даже если это будет стоить мне жизни. Я сделаю всё, что в моих силах, и даже больше, чтобы сохранить невинных людей и его душу.

Мы вернулись в спальню, когда луна уже взошла на небосводе, и я сидела на краю кровати, всё ещё не в силах выбросить из головы карты, которые видела в библиотеке, но его руки снова нашли меня. Сначала коснулись плеч, потом скользнули ниже, по спине, по талии, прижимая меня к нему, и я почувствовала, как его дыхание становится глубже, как его пальцы впиваются в мою кожу.

— Не думай об этом, — прошептал он, и его губы коснулись моей шеи, оставляя за собой влажный, горячий след. — Не думай ни о чём, кроме нас.

Он наклонил мою голову, открывая шею, и я ощутила, как его язык проводит по коже, как его зубы легко прикусывают, заставляя меня выгнуться, забыть, как дышать. Его руки спустились ниже, сорвали с меня платье — одним резким, властным движением, без привычной нежности, и я осталась обнажённой, открытой его жадному взгляду, но в этот раз я хотела, чтобы он смотрел, чтобы он видел, как моё тело отзывается на каждое его прикосновение.

— Ты знаешь правила, маленький свет, — его голос был таким низким, таким томным, что я замерла, не в силах пошевелиться. — Сегодня я не спрашиваю.