Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №6, страница 251 – Сергей Изуграфов

— Это было не убийство! Это был несчастный случай! И это было двадцать лет назад, я был ребенком! – сквозь рыдания выкрикнул Тасос. – Мне было девять лет, а брату – четырнадцать, что я мог поделать? Андреас никогда меня не слушал, он никогда никого не слушал, даже отца! Ему было плевать на всех, он вечно влипал в истории, разорял чужие сады, обворовывал соседей! Родителям постоянно приходилось за него расплачиваться! При чем тут я? Я ни в чем не виноват!

— Что случилось двадцать лет назад? – спросил старший инспектор, быстро усаживаясь за стол и снова открывая бланк протокола допроса.

— Брат украл у соседей бутыль ци-ципуро – виноградного са-са-самогона, – всхлипывая и заикаясь, начал рассказывать Загоракис. – А еще стащил чей-то арбалет и несколько стрел. Отца не было дома. Мы сели в его старый пикап и поехали в сторону виноградников: брат решил поохотиться на кроликов. Но потом заметили соседских де-девчонок, они играли у самого виноградника, рядом с каким-то сараем. Старшей было лет двенадцать, а младшей – семь или восемь… Андреас предложил им пострелять из арбалета по мишеням, те согласились. Пока мы стреляли, брат напивался… А потом ему в голову пришла пьяная идея стрелять по плодам граната, поставив их на голову старшей из сестер. – Загоракис прижал руки к груди и повернулся к Смолеву. – Я умолял его этого не делать! Младшая сразу начала плакать, но старшая ее успокаивала. Андреас пригрозил, что если старшая откажется, он тогда поставит в качестве мишени ее сестренку. К тому моменту он уже был в стельку пьян. А когда он напивался, он становился злобным и жестоким. Я возражал, но не мог с ним справиться, – снова разрыдался Тасос, – он был на пять лет старше меня и втрое си-си-сильнее!

— И что было дальше? Продолжате, Загоракис, – сурово сдвинув брови, поторопил его Антонидис.

— Я же говорю вам: брат был пьян в стельку, руки у него ходили ходуном, но он сделал семь выстрелов. Слава богу, что все стрелы пролетели мимо, лишь седьмая попала в столб. Но после седьмого выстрела старшая сестра вдруг потеряла сознание, упала на землю, почти перестала дышать, и тогда брат испугался. Он почти протрезвел. Младшая уже от слез и страха не могла говорить, она захлебывалась и будто что-то мычала… Я предложил брату позвать кого-то на помощь, а он дал мне пощечину и назвал слюнтяем. Потом велел мне собрать все стрелы, забрать арбалет, мы сели в пикап и уехали…

— Вы бросили умирающую девочку в том сарае? – резюмировал старший инспектор. – Ее звали Афина Иоанниду, ей было двенадцать лет, у нее был порок сердца… Вы знаете, что она умерла от сердечной недостаточности в тот же день?

— Откуда нам было знать, что у нее больное сердце? – всхлипнул Тасос, со страхом глядя на застывшего у двери сержанта Дусманиса, от ярости стиснувшего кулаки. – Мы думали, она потеряла сознание от страха. Мы и сами испугались! Поэтому я вам говорю, что это был несчастный случай!

— Продолжайте, Загоракис, – мрачно сказал Смолев. – Вы прекрасно знаете, что это еще не конец истории. Что сделал ваш брат спустя месяц после этого случая в сарае?

— Но я больше ничего не знаю! – взвизгнул подозреваемый. На лице его появилось выражение неподдельного ужаса. – Не спрашивайте меня больше ни о чем: он меня убьет!