Книга Выход 8. Одно решение может изменить все, страница 27 – Гэнки Кавамура

— Если я выйду отсюда… мне придется кое-что решить.

— Что решить?

— Будущее.

Я улыбнулся ему.

— Еще один остался.

Я прошептал это, словно подбадривая себя, и крепко взял мальчика за руку.

Мы свернули за угол. Белый длинный коридор. Под потолком светится желтым табличка «↑ Выход 8».

— Выход восемь…

— Хорошо.

Мальчик кивнул.

— Стоматолог… Эшер…

Я проверял плакаты. И вдруг издалека донесся шум прибоя. Аномалия? Я замер и прислушался: сквозь шум волн прорывался вой сирен. Я тут же остановился, обнял мальчика за плечи и стал вглядываться в конец коридора. Пол задрожал, гул стал нарастать, словно гром. Звуки сирен накладывались друг на друга, пока их вой не стал похож на рев чудовища, раскатывающийся по тоннелю. Это тот самый звук, что я слышал по телевизору в тот день, когда мы с ней сидели в темноте и смотрели новости после землетрясения. Сирены, безжалостно звучащие над городом, который сносило цунами.

— Плохо дело…

Я хотел было оттащить мальчика назад, но в конце коридора уже показалась серая лавина воды. Уровень воды поднялся мгновенно, и вот уже к нам летела волна-цунами, проглатывая все до самого потолка.

— Бежим отсюда!

Я закричал и рванул назад.

— Быстрее!

Резко дернул мальчика за руку – он не удержался и упал. Обернувшись, я увидел, что ребенок растянулся на полу лицом вниз. Мое сердце болезненно сжалось, когда он поднял голову и протянул ко мне руку. За его спиной выросла чудовищная серая стена из воды, обломков и мусора. Мальчик смотрел на меня, умоляя взглядом. «Помоги»? Или «Беги»? Или и то и другое сразу?

— Что будешь делать?

Ее голос прозвучал прямо у меня над ухом. Отвернешься? Опять совершишь грех?

Я не выдержал, резко развернулся и побежал к мальчику. Сделал глубокий вдох и протянул ему руку. В этот момент мое тело разом проглотило цунами. Грязная вода ворвалась в легкие, я стал задыхаться. В уши, которые закладывало от давления, врывался грохот сталкивающихся обломков.

Бурлящий водоворот подхватывал, кружил и уносил с собой одежду, мебель, книги, музыкальные инструменты, технику, посуду – все нехитрые предметы человеческого быта.

Я не мог сопротивляться этой неистовой, дикой силе. Мне ничего не оставалось, кроме как отдаться на волю стихии.

В итоге я сдался. И испытал странное чувство покоя. Впереди, кружась и все дальше удаляясь, плыла желтая табличка «↑ Выход 8».

А мальчик? С ним все будет хорошо? В ускользающем сознании промелькнула мысль «Боже, надеюсь, он выживет».

Но в тот момент, когда зрение погрузилось во тьму, ко мне пробился луч золотого света.

Ослепленный солнцем, я прикрыл глаза ладонью. Между пальцами пробивался золотистый свет. Рядом послышался смех:

— Ну вот, промокла до нитки.

Я обернулся – и увидел ее. Моя любимая улыбалась мягко и тепло. Нос уловил соленый запах, который трудно перепутать: это было море. Мы стояли рядом на пляже, на мелководье, где песок отражал небо. По кромке прибоя бегал ребенок – был виден только его силуэт. Девочка или мальчик – не получалось разобрать, яркий свет не давал рассмотреть. На воде играли солнечные блики, она переливалась, словно чешуя.

— Па-а-па!

Детская фигурка замахала рукой – неужели мне? «Папа»… Это про меня? Запутавшись, я посмотрел на свою девушку.

— Что скажешь? – спросила она, хитро улыбаясь.