Книга Потомок царицы 2, страница 105 – Елена Галунец

Как и ожидалось, я проспала целые сутки. Вечером мы навестили Агъяна, и, слава всем Святым, чувствовал он себя хорошо. Ещё лучше ему стало, когда вдруг в его гостиной появилась Джуния с большой сумкой.

— О! Все в сборе! Замечательно! Любименький, теперь я вся твоя и навеки-вечные! Надо же, какой ты стал симпатичный, а брюнетом ты мне больше нравишься, — смеясь, сказала она и расстегнула сумку. — Я принесла ягватских сладостей, так что сейчас будем пить чай, — добавила она, вытаскивая коробочки с яркими шариками, и удивилась моему кислому лицу, которое увидело эти угощения.

У меня теперь не очень хорошие ассоциации со всем ягватским. Сидя за столом, мы с ректором поведали им про наши приключения, и я заметила, как Джуния посматривает на Агъяна. Переживает. Ещё бы! Самал говорил мне, что она в курсе произошедшего, поэтому я поспешила допить свой чай и намекнула ему, что нам пора.

Аша

На следующий день после обеда мы отправились в Морзум. Нашли дом, о котором говорила Джуния, но он был пуст. Старика не стало, а куда делись все вещи, никто не знал. Соседи клялись, что ничего не трогали. Тогда Самал стал искать магический след, но ничего не мог обнаружить. Промотавшись до вечера по всем близлежащим улочкам, я устало села на лавку возле двухэтажного дома рядом с рыбной фермой. Ноги гудели, а звуки воды меня всегда успокаивали.

— Хочешь рыбки? — спросил Самал, садясь рядом со мной.

— Копчёной, если только, — ответила я, и мы одновременно повернулись на звуки открывающейся двери.

Из дома вышла женщина и, глянув на нас, завернула на ферму.

— Наверное, хозяйка, пойду куплю у неё судака или окуня, — сказал Самал и поспешил за ней.

Через минут десять он вернулся с пакетом в руках, а женщина, шедшая следом, весело что-то рассказывала. Самал поблагодарил её и попрощался, но она вдруг, вместо того чтобы тоже сказать «до свидания», пригласила нас войти в дом.

— Муж форель засолил, не желаете попробовать? — с просящей интонацией спросила она, и я не смогла отказаться.

В доме слегка пахло рыбой, но было чисто и уютно. Мужчина, вышедший к нам из кухни, увидел Самала и замер, открыв рот, но быстро взял себя в руки.

— Господин архимаг, какая честь угостить вас, — сказал он, вытирая руки о фартук.

По отвисшей челюсти женщины я поняла, что она не знала, с кем разговаривала, но чем мне нравится ректор, так это тем, что он всегда со всеми ведёт себя одинаково: суровый, сдержанный, и неважно, кто перед ним — император или простой деревенский житель. А я ведь и забыла, какое впечатление он произвел на меня при первой нашей встрече.

Гостеприимные хозяева накормили нас разной рыбой, и я, наевшись с непривычки таких деликатесов, попросилась в туалет. Живот скрутило так, что я, грешным делом, подумала об отравлении. Хозяйка отвела меня в уборную, и я поразилась её размерам. В ней разместились ванна, душевая, унитаз, столик с зеркалом, низкий столик с лежащей на нём стопкой полотенец, гладильная доска с утюгом, и на прикрученной к стене полке я увидела в потрескавшейся вазе букет нарциссов. Их дурманяще-сладкий аромат заставил почесать нос. «Неплохой здесь освежитель воздуха», — подумала я, развязывая шнурок на поясе спортивных штанов.

Быстро вернуться к Самалу у меня не получилось. Проклятая рыба не переставая выходила из меня, и вот когда я, уже измучившись, снова посмотрела на нарциссы, от запаха которых у меня уже болела голова, я обратила внимание на вазу. Трещины были явно свежие, и под ними проступал какой-то рельеф. Придерживая на поясе штаны, я подошла к этой вазе и подцепила ногтём одну из торчащих пластинок. Краска отвалилась, являя мне то, что мы, собственно, и искали. В эту пузатую вазу и была замурована корона. От радости я забыла о завязках на сползающих штанах, схватила эту вазу и вышла в коридор обрадовать Самала, но, забыв, откуда мы пришли с хозяйкой, я завернула в другую сторону и случайно зашла в комнату. Это была спальня, и я, мельком глянув на фотографии, что висели на стене, развернулась, чтобы уйти, но люди на них мне показались знакомыми. Медленно повернувшись, я шагнула обратно за порог. Свадебная фотография Тэуна в окружении родственников. Рассматривая улыбающиеся лица, я увидела Майгу, Рыжего, теперь уже Хранителя, и, конечно же, в центре невероятно красивого Тэуна с его прекрасной женой. Так значит, это её родители. Что за насмешка судьбы? Посмотрев на другие фотографии, что висели рядом, я ещё больше огорчилась, увидев в разном возрасте их дочь. Она с самого детства была очень красивой девочкой. Проглотив подкативший к горлу ком, я снова посмотрела на Тэуна. Он с такой нежностью смотрит на неё и искренне улыбается. Как бы я хотела, чтобы он хоть раз так на меня посмотрел. Прижав к себе вазу, я услышала голоса, доносившиеся снизу, и поспешила покинуть спальню хозяев. Спустившись на первый этаж, я криво улыбнулась Самалу, держа впереди себя вазу, пытаясь скрыть за цветами своё расстроенное лицо.