Книга Заново. В твоей тени — свет, страница 55 – Арина Вольская

— Вы сегодня какая-то… другая, — сказала она, завязывая пояс.

— Другая? — переспросила Элиан.

— Спокойная, — пояснила Тисса. — Как будто вы уже всё решили.

— Я и решила, — ответила Элиан. — Я решила жить.

Она посмотрела на себя в зеркало. Оттуда на неё смотрела девушка — бледная, с тёмными кругами под глазами, но с твёрдым взглядом. В глазах горел огонь — не тот, что жжёт, а тот, что греет.

— Вы красивая, — сказала Тисса.

— Знаю, — ответила Элиан.

Она вышла из комнаты.

Храм Светлого престола был залит светом.

Сотни свечей горели в высоких канделябрах, отбрасывая на стены пляшущие тени. Ладан курился в кадильницах, и густой, сладковатый дым поднимался к потолку, застилая глаза. Пахло воском, дымом и почему-то мятой — наверное, кто-то из служек жевал листья, чтобы не уснуть во время службы.

В центре храма был начерчен круг — огромный, в три человеческих роста, с замысловатыми символами по краям. Символы светились — золотые, пульсирующие, как живое сердце.

Вокруг круга стояли жрецы — в белых одеждах, с серебряными амулетами на шеях. Их лица были серьёзны, почти суровы. Они смотрели на Элиан без улыбок, без сочувствия — только с холодным любопытством.

Аэрон ждал у алтаря.

Сегодня он был особенно красив — белые одежды, расшитые золотом, серебряная диадема на платиновых волосах, в руках — посох с сияющим кристаллом наверху. Свет от свечей падал на его лицо, делая его похожим на статую древнего бога.

— Подойди, — сказал он, и голос его прозвучал как приказ.

Элиан подошла.

Она встала перед кругом, чувствуя, как магия исходит от символов, как она касается её лица, её рук, её волос.

— Ты готова? — спросил Аэрон.

— Готова, — ответила Элиан.

— Тогда войди.

Она сделала шаг.

И мир взорвался светом.

Круг был горячим.

Магия обжигала кожу, проникала под одежду, под кожу, под рёбра. Элиан чувствовала, как что-то внутри неё проверяется, прощупывается, изучается. Как будто тысячи маленьких иголок вонзались в каждую клетку, проверяя, нет ли там тьмы.

Теневой камень на груди нагрелся — не обжигал, но грел сильно, почти болезненно. Элиан сжала зубы и стояла.

— Молись, — сказал Аэрон извне. — Богиня слышит тебя.

Элиан закрыла глаза.

«Богиня, — подумала она. — Если ты действительно существуешь — помоги мне. Помоги мне выжить. Помоги мне пройти это испытание. Не ради тебя. Ради него. Ради нас».

Свет становился ярче.

Боль — сильнее.

Элиан чувствовала, как камень на груди пульсирует в такт её сердцу, как нить на пальце сжимается, будто кто-то держит её за руку.

— Держись, — прошептал голос в голове. — Я рядом.

Она держалась.

Испытание длилось вечность.

Или всего несколько минут — Элиан не знала. Время в круге текло иначе, чем снаружи. Оно растягивалось, сжималось, петляло, как испуганная змея.

Когда свет наконец погас, Элиан рухнула на колени.

Она тяжело дышала, хватая ртом воздух. Платье промокло от пота, волосы слиплись, перед глазами всё плыло.

— Встань, — сказал Аэрон.

Она встала.

Ноги дрожали, но она удержалась.

— Богиня подтвердила твою чистоту, — сказал Аэрон, и в его голосе послышалось облегчение. — Ты прошла испытание.

Элиан кивнула.

Она не могла говорить. В горле пересохло, язык прилип к нёбу.

— Ты свободна, — сказал Аэрон. — Иди, отдохни.

Она пошла.

Каждый шаг давался с трудом. Ноги не слушались, мир качался, как корабль в шторм. Но она шла. Прямо. Не оглядываясь.