Книга Всего лишь спор, страница 190 – Арина Вольская

— Ты до сих пор принимаешь наркотики? — озвучила я мучавший меня вопрос, вместо того, чтобы показывать реакцию на его рассказ. Я впервые подумала о том, что Кирилл, в общем-то, нормальный парень, которому просто не везло по жизни, и который утратил доверие к людям. Отсюда и вся жестокость, которая постоянно проявлялась в нем.

— Нет, — вполне спокойно ответил парень сразу же. — После расставания с Дашей Леха взялся за меня. Стал контролировать каждое мое движение, и если ему что-то не нравилось, он тут же оповещал меня об этом в весьма жесткой форме. А я просто начал прислушиваться к нему и во многом слушаться. Просто понял, что он гораздо разумнее меня, и старше в каком-то плане. Мне порой кажется, что он мой старший брат, который пытается образумить своего непутевого младшего брата, то есть меня, — Кирилл усмехнулся, но на этот раз уже по-доброму. Леша действительно для него много значит. Больше, чем в свое время значила Даша. И точно намного больше, чем буду значить я, как бы я не старалась.

— Но Леша говорит, что ты его не слушаешься, — тут же вспомнилось мне.

— Сейчас — да. Последние несколько лет я мало в чем его слушаюсь, хоть и прислушиваюсь. Ему уже не исправить того, что во мне есть. Зачем запрещать? — Сомаров пожал плечами и повернулся ко мне. — Сейчас во многом меня останавливаешь ты. Хоть ничего и не запрещаешь, — и он слабо улыбнулся. — Есть еще что-то, что ты хочешь знать? — поинтересовался Кирилл совершенно спокойно. Кажется, ему действительно стало спокойно от того, что он мне все рассказал. Как много мне всего сегодня кажется.

— Есть, — немного подумав, кивнула я. — Леша сказал… — но мне пришлось остановиться, потому что парень усмехнулся. — Что?

— Снова Леша сказал. Я с ним еще поговорю об этом. Спрашивай, — искренне улыбнулся он той самой улыбкой, которую я так полюбила.

— Ну так вот, Леша сказал, что ты лишь раз наломал дров. Когда попал в аварию на первом курсе. Что он имел в виду? — я внимательно глянула на него. Улыбка сошла с его губ, и он снова посерьезнел.

— Это была попытка самоубийства, — отчеканил Кирилл, смотря прямо в мои глаза. У меня же, вероятно, зрачки расширились от удивления. Что?! — Я был пьян. К тому же, встретил тогда Дашу с одним знакомым. Нервы сдали, — он передернул плечами. Сама невозмутимость.

— Кирилл, — тихо позвала я его, очень обеспокоенная этими словами. — Кирилл, не делай так больше, — и положила руку ему на плечо. Мне было страшно представить, что с ним что-то могло случиться.

— Не буду, — пообещал он, обнимая меня за талию и притягивая к себе. — У тебя есть еще вопросы? — вторая его рука привычным жестом собрала мои волосы в кулак, прижимая голову к своей груди.

— Если ты такой брутальный тип, почему на втором курсе попал в полицию за обычное хулиганство? — вспомнился мне еще один факт из его биографии. Я задала вопрос просто для того, чтобы сменить тему. Развеять обстановку.

— Обычным хулиганством оно было для окружающих, — хмыкнул на это Кирилл. — На деле была драка. И вследствие неё мы разбили витрину какого-то магазина. А вот стену разрисовал уже кто-то другой, — он тихо засмеялся, и я была рада, что он все же отвлекся. У меня на душе тоже становилось спокойно. Этот длинный разговор, где Сомаров отвечал на мои вопросы, принес ясность на многие вопросы, мучавшие меня.