Книга Всего лишь спор, страница 188 – Арина Вольская

— Ты её совсем не любишь? Она все-таки твоя мама, — тихо проговорила я, не представляя как можно иметь настолько плохие отношения с матерью.

— Не знаю, — задумчиво произнес Кирилл. — При встречах мы все время ругаемся, о любви думать не приходится, — он вновь невесело усмехнулся. — А ты своего отца любишь? — и пытливо глянул на меня. Я слегка опешила от такого вопроса.

— Я… Не знаю, — растерявшись и нахмурившись, я тоже опустила взгляд на свои ладони, которые сложила на манер Кирилла — в замок. — Он мне ничего плохого не сделал. Но я не часто о нем вспоминаю, — и неуверенно пожала плечами. О любви к отцу я как-то особо не задумывалась. Просто смирилась с мыслью, что у него теперь другая семья и ему не до нас.

— Вот видишь, — хмыкнул Сомаров. — Даже ты не знаешь. Спрашивай дальше. Что еще тебя интересует?

— С чего вдруг такая искренность? — спросила я совсем не то, что собиралась спросить следующим.

— Не хочу, чтобы ты ушла, — серьезно сказал Кирилл, вновь посмотрев в мои глаза. — А если я сейчас не расскажу всего, что тебя интересует, ты уйдешь, — и снова вцепился взглядом в свои ладони.

— Ты меня любишь? — едва ли не одними губами задала я очередной вопрос, сомневаясь, что он его расслышал. Но Кирилл все же взглянул на меня после этого.

— У тебя больше нет вопросов? — спокойно поинтересовался он, и я не смогла понять, услышал он мой вопрос или нет.

— А про Дашу расскажешь? — спросила, отводя взгляд в сторону. Об этой особе я говорить не хотела, но все же была вынуждена признаться, что меня интересует, что было между этими двумя в прошлом.

— Расскажу, — как-то печально даже вздохнул Сомаров. — Хотя предпочел бы этого не делать.

— Почему?

— Потому что это весьма неприятная история, — парень поморщился.

— И все-таки? — я вновь прикусила губу. Как бы мне не хотелось делать ему больно, даже его собственными воспоминаниями, но я хотела знать эту часть его биографии, а другого такого шанса у меня, скорее всего, больше не будет.

— Ты уверена, что хочешь это услышать? — Кирилл направил на меня очень внимательный и серьезный взгляд. Я лишь кивнула, уже сомневаясь в том, стоило ли задавать этот вопрос. — Хорошо. Тогда, пожалуй, я вновь начну с далека, — он задумчиво глянул в сторону окна, за которым светило солнце, не очень яркое, и холодное. Такое, какое бывает только зимой. — Поскольку я рос достаточно агрессивным и замкнутым ребенком, я не придавал особого значения отношениям между парнями и девушками. Не уделял этому должного внимания. Мне это было неинтересно. Я вообще практически не воспринимал представительниц женского пола, — я скептически посмотрела на него. Было странно такое слышать из его уст. Из уст закоренелого бабника. — А вот они стали проявлять ко мне внимание достаточно рано. Плохой внешностью я никогда не страдал, — он усмехнулся. — Более того, их привлекала опасность, исходящая от меня. Тогда, как парни избегали общения со мной, девушки наоборот старались привлечь к себе мое внимание. Впрочем, мне было на это все равно. До определенного момента, — Кирилл замолчал. Не хочет же он сказать, что Даша была его первой девушкой? Во всех смыслах. — Тогда я уже общался с Лехой, и мы были оба достаточно жесткими парнями. Как бы это не звучало странно, но и его тогда девушки не привлекали. Нам было по четырнадцать, и основными нашими увлечениями были довольно-таки опасные занятия. Мы смело могли бы стать гопниками, тем более, что многие нас таковыми и считали. Но мы держались в стороне, не влезая в уличную жизнь, если не считать тех моментов, когда улица сама нас втягивала в свою жизнь. А такое случалось достаточно часто. Я тогда только начал увлекаться боями без правил, на которые меня привел уже известный тебе Алексеев, — я вздрогнула при упоминании этого типа. Не самые приятные воспоминания тут же всплыли в моем подсознании.