Книга Ох уж эти иномиряне!, страница 118 – Юлия Меллер

— Мне необходим доклад от офицера группы, — нейтрально ответил ей Искин мегаполиса, и Ольга еле удержалась от того, чтобы не выругаться, когда увидела, что голограмма тотчас появилась напротив Орлова.

— Алексей Павлович! Доложите об успехах группы! — громко подсказала она полковнику. Орлов чуть замешкался, но собрался, вытянулся и бойко отрапортовал.

— Ишь, как насобачился, — довольно проворчала Ольга и поспешила на выход, чтобы попытаться выбить из Искина награду, раз уж всё так удачно сложилось. Но Орлов обошелся без неё.

Являясь в данный момент старшим офицером всей полиции мегаполиса, он выбил полное излечение от ран участников сражения, готовое обмундирование, принтер для печати новых комплектов, оружие, лётные курсы на одноместных полицейских летолётах и сами летолёты.

— И укрепление всей группы по всем параметрам! — влезла Ольга. — Команда должна быть стрессоустойчива, физически крепка и подготовлена к энергетическим атакам!

Генерал с полковником скосили на неё глаза, но одновременно кивнули, приобретя вид набычившихся телят. Император же хмыкнул, а Головин довольно сверкнул глазами.

Искин принял сосредоточенный вид, просканировал гвардейцев и согласно кивнул. Посмотрев на оставшийся без половины окон летолет, произнёс:

— Эвакуация поврежденного транспортного средства будет осуществлена силами соседнего квартала через тридцать минут. Вам будет предоставлена замена.

Не успела Ольга спросить «когда?», как в воздухе появился ещё один служебный летолёт и начал медленно опускаться.

— Медобслуживание будет произведено за счёт города в военном медцентре. Там же вы сможете вооружиться. Срок выполнения задания продлевается на двадцать четыре часа. Премия за обезвреживание нарушителей будет выписана на всю команду, когда они будут сданы в утилизатор. Мэру города 90879 объявляется благодарность, повышается уровень доверия и даётся статус почётного гражданина мегаполиса.

Все радостно загомонили, разглядывая новый летолёт. Из здания высыпали люди княгини и с непониманием смотрели на возникшую суету.

— Олюшка, я не понял, куда надо отвезти пленных?

Улыбка сползла с Ольги. Она радовалась разрешению на лечение, подтверждению разрешения на вооружение и пыталась понять, что означает повышение уровня доверия с почётным статусом гражданина и совсем упустила из виду слово «утилизатор».

— Ну-у, это как переработка мусора. Не просто казнь, а рачительное отношение к органике, — затихая, пояснила она.

Всеволод непонимающе посмотрел на неё, чувствуя, как меняются её эмоции от растерянности до неприятия процесса утилизации.

— Похоже, что я не совсем понимаю… — осторожно произнёс он, — у нас мусора почти нет, разве что кости животных и канализационные стоки…

— Сева, — с неохотой начала пояснять Ольга, — пленников расщепят на крошечные частички и распределят по производствам в соответствии с заказами на нужные элементы. Что-то пойдет в теплицы, что-то на производство тканей или лекарств...

— Не может быть… Это же ужасно! — Головин смотрел на неё недоверчиво и словно бы не понимал, как можно вслух произносить такое.

— А что ты удивляешься? — вскипела Ольга. — У вас сжигают покойников и прах развеивают по морю, по саду или в лесу со словами, что из земли взято, туда и вернулось. Прах подхватывается ветром и летит, падая на голову прохожим. Это пример рачительного подхода. Здесь то же самое!