Книга Боярышня Евдокия 3, страница 67 – Юлия Меллер

Дуня смутилась:

— Это будет не рассказ о Марфе Семеновне, а шутливое повествование об одной жадной и упёртой боярыне, оставшейся в результате у разбитого корыта.

Кошкина с сомнением посмотрела на подопечную и с горечью ответила:

— Запрещаю. Невместно тебе народ развлекать сказками.

— Зачем же самой сказывать сказки? Пусть это делают скоморохи.

— Обманут они тебя, — уверено сказала боярыня.

— Разве за обман некому будет спросить? — удивленно спросила Евдокия и боярыня со вздохом признала, что княжьи (Ивана Васильевича) люди спросят, да и брат поможет, коли что. Но князю не понравится, что Доронина связалась со скоморохами. И все же Кошкина ответила:

— Хорошо. Будут тебе скоморошья ватажка.

— Пять ватажек! Чтобы выступления шли по всему городу одновременно во всех пяти концах!

— Коли найдется пять, то всех позовут, — приподняв брови, всё же согласилась Евпраксия Елизаровна.

Дуня подскочила к боярыне и звонко чмокнула её в щёку, а та напомнила:

— Иди, обскажи нашим людям, что мы про торг надумали, чтобы не волновались. Да напомни им, что ежели сами захотят торговать, то за въезд в город четыре доли от стоимости товара возьмут, а потом ещё место поискать придётся, да ежедневно платить. Мест немного, а при повышенном спросе цена за него возрастет. За торг вне города с каждой телеги одну-две вещи возьмут, так что пусть заранее обдумают этот налог.

— Я всё обскажу, — встрепенулась Мотя. — Ещё скажу нашим, чтобы новгородских коробейников не гнали, что на наш торг придут. С них можно по полкопеечке взять за торговлю у нас.

— Молодец, Матрёна! Лука Мефодьевич за Дунины деньги знатную площадку обустроил, так что хотя бы часть возвернуть, и то прибыток.

Дуня пожала плечами, показывая, что не обеднела от тех вложений. Вот бильярдный стол обошелся ей как тридцать таких площадок, а площадка… разровняли землю за копейки, закидали настилами (десяток за копейку), прорыли канавки для отвода воды. Вот и всё: ровно и сухо. И сто метров дороги тоже в два-три, ну пять рублей встали бы. Это серьёзные деньги для одной семьи, но когда речь идет о простое сотен телег с товаром, о кормежке стольких людей, то смешно даже сравнивать

Мотя замялась, но сказала:

— Потребно для примерки тегиляев, кожаных жилетов, тёплых штанов, да и для иного бельишка примерочные палатки поставить.

— Ишь ты, примерочные палатки? — удивился боярыня. — Да где ж взять такие?

— Да хоть из плетёнок соломенных, — подключилась Дуня. —Поставить шесты, да соломой прикрыть. Всё это надо самим заготовить заранее.

— И то верно, скажи, чтобы мастерили. А коли озоровать кто станет на торге, да подглядывать, то окорот на них найдём, — кивнула Кошкина и засобиралась к выходу. — Евдокия, со двора ни ногой!

— Угу, — вяло буркнула Дуня.

Боярыня погрозила пальцем и улыбнулась, увидев, что Мотя показала на свои глаза, объясняя, что будет следить за подруженькой. Но Дуня не лукавила, обещая сидеть дома. У неё было полно дел. Она планировала начать рисовать декорации к сказке и уже обдумывала, как быстро и дешево всё сделать.

Кошкина отправилась по делам, следом тихонько выскользнула Мотя, а Евдокия стояла столбом, перескочив мыслями на переделку сказки о старухе, рыбаке и рыбке. Ей же надо вписать в сюжет боярыню и не потерять смысла сказки.