Книга Драконова Академия. Книга 6, страница 6 – Марина Эльденберт

— М-м-м… хорошо, — Женевьев почему-то закусила губу и не спешила отступать, а Соня почувствовала себя неловко.

— Я не вовремя? У тебя занятие? — спросила она, прижимая к себе Миранду. Только сейчас Соня по-настоящему ощутила, насколько дочь на самом деле тяжеленькая и как ей хочется куда-нибудь сесть, чтобы отдохнуть.

— Жен, кто это? — В небольшой коридорчик выскользнула Амира, и Соня почувствовала себя еще более странно. Глаза у девчонки округлились, ну просто картина Репина «Не ждали».

Сегодня что, день такой, что ли? Сезар таскается по девицам, а Женевьев, вместо того, чтобы пригласить ее в гости или прийти самой, встречается с этой Амирой, из-за которой, можно сказать, все и произошло на том самом балу!

— Я не вовремя, поняла, — сухо повторила она, — пока.

Развернулась, чтобы уйти, но Женевьев перехватила ее за локоть:

— Соня, ты куда? Заходи, попьем вместе ранх. Я только что его заварила.

Проходить уже не хотелось, но изображать дующуюся клушу хотелось еще меньше: невероятно ныли плечи и спина. Притихшая Мира, судя по скуксившемуся личику, готовилась закатить очередной концерт, и Соня сдалась.

— Хорошо, — сказала она, проходя в комнату. У Женевьев квартира была примерно такая же, как у нее, разве что потолки повыше. В доме было всего два этажа, и сквозь огромное окно сейчас лился дневной теплый свет, растекаясь по кухне-спальне-гостиной. Небольшой круглый стол был накрыт, два жестких стула с криво сколоченными спинками отодвинуты. Тарелка с печеньем, по чашкам был уже разлит ранх. Женевьев полезла на полку за третьей, на бегу кивнув Соне на кровать:

— Располагайтесь.

Устроить Миру поверх мягкого покрывала было невыносимым блаженством. Дочь принялась разглядывать солнечного зайчика, возникшего от покачивающейся на шторе бусинки. Она бы с огромным удовольствием сама вытянулась на этой кровати и смотрела на этого зайчика, но…

— Держи, — Женевьев протянула ей чашку с блюдцем. — Или, если хочешь, садись за стол. Я постою.

— Да нет, меня все устраивает, — Соня, не сдержавшись, зевнула, но тут же прикрыла рот ладонью. — Простите.

— Можешь не извиняться, — Женевьев зевнула в ответ. — Я сама не спала полночи. У меня под окнами пели «Жена моя не драконесса».

Соня не выдержала и хохотнула. Эта песенка из простонародья была особенно любима среди завсегдатаев таверны. Когда она закрывалась, и задержавшихся посетителей выставляли на улицу, они продолжали празднование прямо на улице. Стражи порядка очень любили эти места за многочисленные аресты, позволяющие выполнять планы по штрафам, а особенно за взятки. Те, кто не хотел проводить ночь в камере, охотно платили за то, чтобы их отпустили. А потом снова приходили и пьяные распевали под окнами, и так по кругу.

— Может, все-таки подумаешь о том, чтобы переехать? — предложила Амира. Она села на стул и закусила губу, напомнив Соне о своем присутствии и обо всем, что тут происходило до нее.

— Ко мне недавно снова приходили из Роусдела, предлагали просторную квартиру в городке при Академии. Плюсом к оплате, если я соглашусь у них работать.

— Соглашайся, — сказала Соня. — Никто тебя не узнает. Я бы вот не узнала.

Женевьев с Амирой переглянулись.

Ну вот снова. Что это такое⁈

— Я точно вам не мешаю? — уточнила она, звякнув чашкой о блюдце: горячий ранх обжег губы. Соня поставила тарелочку на пол и посмотрела на Женевьев в упор.