Книга Истинный на 21 день, страница 116 – Кира Эро

Подняла голову с трудом — медленно, преодолевая тяжесть, давящую на затылок.

Храм был совсем близко.

Высокий, величественный, с чёрными колоннами и куполами цвета запёкшейся крови. Главный храм Альдеона, откуда исходили все заклинания принуждения. Сердце системы. Место, где сейчас Шелтиса резали на куски.

Шелтис стоял на холодном мраморе, и кровь стекала по его груди медленными струйками — тёплыми, липкими, оставляла алые следы на сером камне под ногами.

Первый порез пересекал грудь, рассекал кожу ровной линией, и боль пульсировала в ране острыми волнами, разливалась по телу жаром. Второй полоснул по плечу — глубже, и теперь рука онемела, пальцы покалывало, словно тысячи иголок впивались в кожу изнутри.

Тэвиэр Седьмая держала ритуальный клинок в руке — длинный, тонкий, с лезвием цвета полированного обсидиана, на котором отражался свет факелов.

Королева дроу. Его мать. Она провела лезвием по его телу дважды — медленно, методично, словно вырезала узор на куске мрамора.

Жрицы окружали их плотным кольцом — высокие фигуры в тёмных одеяниях, с капюшонами, скрывающими лица в тени.

Их губы шевелились непрерывно, выкрикивая заклинания на древнем языке, слова сплетались в воздухе тугими нитями магии, опутывали зал невидимой паутиной, создавали барьер, через который не проникнуть ни одной душе. Воздух был густым от благовоний — приторных, удушающих, царапающих горло при каждом вдохе.

Шелтис смотрел на мать и думал об Эш.

Сейчас она там, в Ирвейне, в своём замке, на стенах собственной провинции.

В безопасности — насколько это вообще возможно сейчас. Под доспехами у неё кровь. Вряд ли она сняла доспехи. Больно, наверное. Очень больно. Он представлял, как она стоит там, вцепившись в зубцы стены, бледная, с искажённым от боли лицом, как целители суетятся вокруг, не понимая, откуда раны, почему кровь течёт из невидимых порезов.

Кейн должен быть рядом с ней. Обязан быть. Старик справится.

Дополнительный целитель.

Альм приведет. Все хорошо.

Просто не больше трех порезов. Не больше.

Ему самому казалось, что не больно вовсе.

Он повторял это про себя, как заклинание, как мантру, которая должна была помочь продержаться. Не больно.

Совсем не больно. Просто кожу режут. Просто мышцы рассекают. Ничего особенного. Он терпел и не такое. Но главное было не в том, чтобы терпеть.

Главное — отвлечь мать. Заставить её подойти ближе. Настолько близко, чтобы он смог схватить её, прежде чем жрицы успеют среагировать.

Тэвиэр стояла в двух шагах от него, разглядывая порезы с холодным любопытством, словно оценивала собственную работу. Клинок в её руке блестел, покрытый тонкой плёнкой его крови, и капли срывались с острия, падали на мрамор тихими всплесками.

— Ты сделал не только то, что нужно, но и сверх того, я вижу. Твой браслет, знак сокровища принцессы. Артефакт ее прабабки. Она рассказывала? Про великую любовь великой Киаран. И про то, как та чуть все не потеряла... Значит, Эш верила тебе. Какая наивная. Может быть, даже любила?

Шелтис усмехнулся.

Золотой браслет залило кровью. Давно.

— Да, королева. Возможно.

— Третий, — произнесла она негромко, и голос её был ровным, почти скучающим.

Шелтис кивнул, сжимая зубы так сильно, что в челюстях вспыхнула тупая боль. Он не отводил взгляда от её лица, ловил каждое движение, каждый жест, рассчитывая расстояние. Ещё шаг. Ей нужно сделать ещё один шаг.