Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 192 – Людмила Закалюжная

— Я понимаю, — Чернышов оглянулся. В приемной уже начали оборачиваться, шептаться. — Мне разрешили сопроводить вас до дома. Давайте поторопимся.

Граф поднял упавшее зеркальце, сунул его в ридикюль, затем подхватил Лилию под локоть и повел к выходу. Девушка шла, почти не чувствуя ног, и только хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Она обернулась в тот момент, когда в общий зал вышел растерянный отец в сопровождении коренастого незнакомца.

— Папа, — только и успела прошептать девушка, прежде чем Чернышов вывел ее на улицу. Лилия ничего не соображала, слезы хлынули из глаз, когда граф усадил ее в свою карету.

— Слушайте меня внимательно, — сказал он, и в голосе его прозвучала та жесткость, которая появляется у людей, привыкших принимать решения в критический момент. — У вас есть один способ спастись. Это немедленно выйти замуж.

Лилия подняла на него полные слез глаза.

— За кого?

— Иван Степанов, — Чернышов говорил быстро, словно боялся, что она перебьет. — Сын владельца пароходства «Степанов и сыновья». Он давно к вам неравнодушен, вы это знаете. Человек честный, богатый, молодой. Если вы согласитесь стать его женой, он сможет дать вам защиту. А в обмен… вы дадите показания против тех, кто втянул вас в это дело.

— Против отца? — Лилия отшатнулась.

— Ваш отец сам во всем признался, — Чернышов не отводил взгляда. —

Он просил только об одном — чтобы вас не трогали. Он знал, на что шел.

Лилия закрыла лицо руками. Плечи ее вздрагивали, но плакала она беззвучно, воспитание не давало разреветься в голос.

— У вас нет времени на раздумья, — добавил Чернышов, хотя в голосе его прозвучала нотка сочувствия. — Следствие начнется сегодня, ваше имя уже в списке подозреваемых. Решайтесь.

Лилия опустила руки. Ей давали выбор, хотя… его и выбором нельзя назвать. Выйти замуж за рыжего поклонника, который заставил ее комнату в Веретьеве цветами. Мечта стать графиней разбилась на осколки. Либо… тюрьма.

— Я согласна, — сказала Лилия, и голос ее прозвучал чужим, безжизненным. — Но… Иван Степанов… он знает, что я…

— Он знает все, — Чернышов достал из кармана чистый платок, протянул ей. — И Степанов сказал, что это не имеет значения. Он ждал вас три года, Лилия Константиновна. Но сами понимаете, после тюрьмы отец не даст ему разрешения жениться на вас. Да и будет ли он вас ждать? Вам дадут лет десять, не меньше.

Лилия взяла платок, промокнула глаза, провела ладонью по лицу, стирая следы слез. Дать показания против отца.Мысль обожгла, и она на секунду зажмурилась. Но что ей оставалось? Идти в тюрьму следом? Отец сам все решил за нее — как всегда. Ей оставалось только спасаться.Рука сама собой потянулась к ридикюлю, открыла его. На самом верху, на перламутровой кожице, лежало то самое зеркальце, которое граф поднял с пола. Стекло было целым, только серебряная оправа чуть помялась. Лилия смотрела на него, и вдруг ей показалось, что в этом маленьком зеркальце отразилась вся ее прежняя жизнь — та, что рассыпалась в прах за последние полчаса. Слезы снова хлынули из глаз, она захлопнула ридикюль и прижала его к груди.

— Я готова, — сказала она, и в этом «готова» было что-то от обреченности, но также и от той жесткой решимости, с какой тонущий хватается за последнюю соломинку. — Что я должна сделать?