Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 35 – Майкл Скофилд

— Кувшин брачного обряда лорда Каэла, — сказал Варрен, проходя к дальней полке.

Он нашел его быстро.

Темное стекло, серебряное горло, у основания выгравирована дата. Наша дата. Я взяла кувшин осторожно, как берут не вещь, а живого свидетеля.

Пробка была заменена. После обряда сосуды очищали и хранили пустыми. Но стекло, особенно темное обрядовое, любило удерживать запахи.

Я поднесла горло к носу.

Вино. Травы. Слабая кислинка времени.

И под ними — та же паленая кора.

Тоньше, чем в соли.

Но была.

— Нерис.

Она уже открывала склянку.

Я смочила чистую полоску полотна водой, провела по внутреннему горлу кувшина, отжала в склянку несколько мутных капель.

Варрен смотрел на мои руки.

— Это докажет что-нибудь?

— Если найдем, с чем сравнить, — да.

— С чем?

— С составом лекарств, которые давали Каэлу. С остатками из малой лекарской. С травами, которые использовались в брачном обряде. С тем, что осталось на моей печати, если она решит снова показаться.

Я сказала это спокойно, но сама почувствовала неприятный холод.

Если печать на мне была частью обряда, значит, мое тело стало доказательством.

Живым.

Удобным для чужих рук.

Я поставила кувшин обратно.

— Теперь лекарская.

— Уже поздно, — сказал Варрен.

— Болезнь не сверяет часы.

— Вы устали.

— Да.

Он помолчал.

— Это не остановит вас?

Я посмотрела на него.

— Варрен, три года назад я уехала из этого замка с одним сундуком и рукой, которую жгло неизвестно от чего. Потом строила лечебный дом с дырявой крышей, принимала роды при свече, вправляла кости пьяным рудокопам, хоронила тех, кого не успела спасти, и каждую зиму выбирала, купить соль или дрова. Усталость давно перестала быть причиной останавливаться.

Он больше не спорил.

Малая лекарская была заперта.

Ключа у Варрена не оказалось.

Очень показательно.

— У мага Сорна, — сказал он.

Я протянула руку.

— Позовите.

— Сейчас?

— Нет, весной. Конечно, сейчас.

Нерис отвернулась, но я видела, как она прикусила губу, чтобы не улыбнуться. Хорошо. Человеку, который умеет улыбаться посреди страха, еще можно доверять.

Эймар Сорн пришел через десять минут.

В серой мантии, безупречно собранный, с таким выражением лица, будто мы нарушили не замок на двери, а его личную молитву.

— Госпожа Вейл, — произнес он мягко. — Вы решили провести осмотр лекарской ночью?

— Мне показалось, что проклятие не доживет до утра из уважения к вашему расписанию.

Его улыбка не дрогнула.

— Ваше усердие похвально. Но малая лекарская содержит опасные препараты. Доступ туда ограничен.

— Договором мне разрешен доступ ко всем лечебным материалам, связанным с состоянием лорда Каэла.

— В сопровождении ответственного мага.

— Прекрасно. Вы ответственный маг. Открывайте.

Варрен кашлянул.

Эймар перевел взгляд на него.

— Вы позволили это?

— Договор подписан.

— Договор не отменяет внутренние правила Дома.

— Зато смерть наследника отменит многие неудобства, — сказала я.

Эймар наконец посмотрел на меня без улыбки.

Вот теперь в нем стало больше правды.

Он был не старым злодеем из детской сказки. Не безумцем, который хохочет над котлом. Такие живут недолго и плохо прячут свои следы. Эймар был умным, воспитанным и достаточно терпеливым человеком. Опасные люди часто выглядят именно так: мягко, разумно, с готовым объяснением для любой подлости.