Книга Переплетённые судьбы, страница 174 – Ариана Баженова

— Как прекрасны горы, посмотри, — отвернулась я и жестом поманила её за собой, подходя ближе к обрыву. — Я всю жизнь провела здесь, любуясь ими. Уж они точно что-то знают о жизни.

Я обернулась к ней и сверкнула глазами.

— И они точно видели, что случается с теми, кто пытается взять не своё.

Нарина подняла на меня уставший взгляд.

— Если бы Ронан любил тебя, он бы не пришёл ко мне, — наконец собралась она с силами ответить. Я сжала губы, сдержав ругательства, и жестом велела ей продолжать. — Я пригрела его. Он боится тебя. Ты слишком сильная, слишком давишь. Он с тобой, как прислуга. Наверное, ведьмам не так уж нужно мужское плечо? Вы гораздо сильнее их всех. А он всё же не маг, так, лишь способности есть.

— Это он тебе сказал? — с глубоким выдохом выпалила я, превозмогая внезапную слабость в груди.

Ведьма. От слова «ведать» — знать. Многих спасла, видела прошлое, настоящее и будущее, а любимого мужчину рядом прочитать не смогла. Внезапно я увидела, как он боязливо шепчет жалобы на меня девчонке Нарине, прячась с ней в этой покосившейся холодной избе. Нашёл утешения в объятиях того, кто гладит его по уязвлённому самолюбию, вместо того, чтобы искренне поговорить со мной. И расти вместе дальше, оттачивая своё мастерство магии, которое у нас так хорошо получалось воплощать вдвоём!

Пространство закрывало от меня эти картины раньше, чтобы мне не стало слишком больно, но теперь деваться было некуда. Я прикрыла глаза, позволяя боли пройти сквозь меня, и подняла глаза к налившемуся кровью небу.

— Он сказал своими словами. Но я всё поняла.

Я молча отвернулась, бессмысленным взглядом скользя по склонам гор, поросших густым изумрудным лесом. Длинные темные волосы мягко трепал свежий ветер, будто пытаясь успокоить меня. Но в глазах, когда-то светившихся радостью, восторгом и счастьем, теперь застыла только боль, и жизнь в них остановилась.

Я оглянулась на Нарину, на неё измученный, уставший взгляд и растрёпанные рыжие волосы. Она выжидающе смотрела на меня, склонив голову.

— Знаю. Я всё равно не отделаюсь просто так за то, что перешла тебе дорогу. Но мне так жаль тебя, по-человечески, — она протянула руку и коснулась моего плеча.

— Жаль? Меня? — внезапно для себя самой я громко рассмеялась ей в лицо. — Мы с Ронаном дали друг другу обет, и уж кого должно быть жаль, так это его, кто перед лицом богов клялся быть рядом и не замышлять никакого зла против супруги, а теперь бегает к девчонке и жалуется на собственную жену. А ещё должно быть жаль тебя — и сегодня ночью ты поняла, почему.

Она измождённо прикрыла веки. Я почувствовала, как морок грызёт её изнутри. На лбу сверкнули капли лихорадочного пота.

— Впрочем, ладно, — я примирительно подняла руки. — Спасибо за честность и за то, что пришла, не побоялась меня. Возможно, я могу сделать так, чтобы твоё наказание закончилось раньше, и ты не мучилась бы так долго.

— Правда? — она подняла на меня взгляд, и в нём яркой вспышкой сверкнула надежда.

— Абсолютная.

Я протянула руку и вложила её ладонь в свою, почувствовав лёгкое покалывание. Пару мгновений мы стояли и вместе смотрели на величественное ущелье, озарённое розовым светом закатного солнца. Два врага. Жена и любовница.

— …Кира, а что вы сделали потом? — прорезал тишину вопрос регрессолога после того, как я замолчала.