Книга Переплетённые судьбы, страница 172 – Ариана Баженова

Я открыла глаза и занесла руку с ножом над ладонью второй руки. Каждый раз, когда мне нужно было добыть кровь для ритуала, я стопорилась. Это было больно и страшно, но эта квинтэссенция энергии жизни была необходима, чтобы наделить жизнью намерение, выраженное в символах — без неё это остаётся просто рисунками. Резко выдохнув, полоснула ладонь чуть ниже мизинца, и в яростном свете огня увидела, как темнеет порез, как сверкает выступающая кровь.

Опустилась на колени. Танцующие рядом языки пламени обдали лицо жаром. Я прикрыла веки, входя в привычное для ритуалов магическое восприятие. Мир вокруг продолжал висеть в замершем состоянии и пластично повиноваться моему мысленному намерению. Я коснулась тонкой кисточкой сочащегося кровью пореза и нанесла на платке Айлы знак. Тонкая, слабая энергия тут же поддалась, и я ощутила, как что-то оборвалось в солнечном сплетении. У меня или у неё? Уже было не различить.

— Силой, данной мне, я заклинаю. Ты понесёшь наказание за содеянное — за соблазнение моего мужчины. Да свершится это наилучшим из способов, известным богам, — произносила я монотонным голосом, смешивающимся с треском огня.

Магия мысли и слова искривляла реальность, выжигала в ней то, что нужно было мне. Глаза ещё сильнее закатились. Но я не чувствовала боли, лишь как закипает от ярости кровь, наполняя силой намерение, лучом энергии выпускаемое в мир и рассеивающееся в пространстве, чтобы найти и вновь лучом войти в свою цель. Только чёрная луна была сегодня моей свидетельницей.

— Дарую свою силу крови, силу жизни. Да будет так, как я говорю, — прохрипела я последние слова ритуала, чувствуя, как от напряжения пересохли губы и начало саднить горло.

После чего обессиленно легла на колючую сухую траву и медленно выдохнула, закрыв глаза.

— А может, это и не Нарина виновата, — в полубреду начала шептать я, разговаривая сама с собой. — Может, это Ронан начал. Прожили вместе семь лет, но даже это не гарантия, что я знаю того, кто живет рядом. Она стала лишь силой, которая раскрыла его настоящее Я, показала, какой он на самом деле — гнилой.

Я мотнула головой, отгоняя эти странные мысли.

Но они снова и снова жадными коршунами, готовыми растерзать, возвращались к Ронану, который терпеливо ждал меня дома. Едва ли это вина бедной молодой девушки — ведь он намного старше неё и прекрасно отдавал себе отчёт в том, что делает. Я хочу, очень хочу его оправдать — но никак не получается, хоть ты тресни!

«Ронан, почему ты всё ещё в моем доме? Убирайся!», — я гневно сжимала кулаки и хмурила брови, представляя, как он, ни в чем не бывало, сидит сейчас на нашей постели.

«Ронан, как ты мог так спокойно отпустить беременную жену одну ночью в лес? Почему не остановил? Почему не пришёл сейчас, чтобы забрать меня домой?», — следом подумала я, свернувшись в клубок на жёсткой траве и едва заметно дрожа от наступающей прохлады.

Я была совершенно растеряна. Кого винить? Его? Её? Себя? Как поступить дальше? Выгнать его вон? Простить? А что делать с ней?

Лихорадочный бег мыслей в голове начал постепенно замедляться, пока я смотрела на недвижимые вечные звёзды на тёмно-синем покрывале неба. Наконец, он совсем затих, и внутри наступило затишье.

Завтра встреча с Нариной поможет определиться, как быть дальше. А сейчас нужно отдохнуть.