Онлайн книга «На линии огня»
|
— Назад! – рявкнул я, преграждая ему путь ногой. – Сидеть! Соседка при виде собаки вздрогнула и отползла вместе с ведром к своей двери, прижавшись спиной к косяку. Она смотрела на пса с ужасом, смешанным с брезгливостью. — Убери… убери его, – прошептала она. – Он грязный. С него шерсть летит. — Он чище, чем этот подъезд до твоего прихода, – фыркнул я. – Бывай, соседка. И завязывай с уборкой, а то дыру протрешь, к соседям снизу провалишься. Я зашел в квартиру и захлопнул дверь, отсекая запах хлорки и вид этой странной, жалкой фигурки на полу. — Ну и дурдом, брат, – сказал я Тору, который тут же начал тыкаться носом мне в колени, требуя ласки. – Одна по ночам в стенах скребется, другая по утрам полы в подъезде намывает. Не дом, а отделение неврозов. Я почесал пса за ухом, чувствуя, как напряжение отпускает. Но перед глазами все еще стояло ее лицо. Бледное, с огромными темными кругами и испуганными глазами за стеклами очков. «Вторник. График. Нельзя завтра». — Психованная, – вслух решил я, стягивая куртку. Но почему-то внутри шевельнулось неприятное чувство. Словно я пнул котенка. — Ладно, Тор, – я пошел на кухню, перешагивая через разбросанные игрушки пса. – Сейчас пожрем, погуляем, и спать. *** Я быстро переоделся, натянул джинсы и свитер прямо на голое тело, схватил поводок. Тор, чувствуя мою нервозность, даже не стал радостно скакать, а деловито потрусил к выходу. В подъезде было пусто, но запах хлорки стоял такой, что резало глаза. Пол блестел, как зеркало в операционной. Соседки не было, но ведро с тряпкой сиротливо стояли у ее двери. Мы с Тором сделали быстрый круг по двору. Пес сделал свои дела, понюхал пару сугробов, и мы вернулись. Ведро все еще стояло там же. — Ну, хоть угомонилась, – пробормотал я, закрывая дверь на все замки. Я насыпал Тору полную миску корма, сам наскоро проглотил пару бутербродов, запивая их холодным чаем, и, наконец, рухнул в постель. Блаженство. Мышцы расслабились, тяжесть отпустила спину. Я закрыл глаза, проваливаясь в дремоту. Тишина… Вжик. Вжик. Вжик. Я открыл один глаз. Показалось? Вжик. Вжик. Звук был глухой, ритмичный, монотонный. Он просачивался через входную дверь, через стены, въедался в мозг. Кто-то тер пол. Снова. Или все еще? Я накрыл голову подушкой. Вжик-вжик. Я пытался думать о хорошем. О Яне из диспетчерской. О ее голосе. О том, как мы спасли парня. Но романтические мысли разбивались о ритмичный шоркающий звук тряпки по кафелю. Я провалился в сон, но это был не сон, а мучение. Мне снилось, что я тру палубу на «Титанике», а айсберг уже рядом. Проснулся я рывком. В комнате было светло – солнце пробилось сквозь тучи. Я посмотрел на часы. 10:15. Прошло почти три часа с того момента, как я вернулся. В коридоре стояла тишина. Наконец-то. Я перевернулся на другой бок, собираясь доспать свое, как вдруг… Вжик. Вжик. Да вы издеваетесь?! Она что, дура совсем? Там плитка уже должна была истончиться до бетона! Сколько можно тереть один и тот же квадратный метр? Два часа? Три? У нее там что, место преступления, и она кровь отмывает? Или джинна из пола вызвать пытается? Я сел на кровати, чувствуя, как закипает раздражение. Спать под этот аккомпанемент было невозможно. Это была какая-то китайская пытка. И тут ритмичное шуршание сменилось другими звуками. Глосами. |