Книга Спайдер и Сторми, страница 168 – Келси Кингсли

Я медленно поднялся с дивана и сделал пару осторожных шагов вперёд.

«Это не может быть правдой.

Я не хочу, чтобы это было правдой.

Боже, пожалуйста, позволь мне проснуться. Я хочу, чёрт возьми, проснуться».

Полицейский схватил Люка за руку и развернул его. Он спрятал пистолет в кобуру и обыскал Люка.

— В доме есть кто-то ещё?

— Только мой брат. Он ничего не сделал. И не имеет к этому никакого отношения.

Одна из других полицейских обошла их и вошла в дом, сразу заметив меня. По какой-то причине я поднял руки, и она коротко улыбнулась, подойдя ко мне и быстро обыскав меня.

— Можете опустить руки, — сказала она и достала блокнот. — Как вас зовут?

Где-то в глубине души я понимал, что Люка выводят из дома. Знал, что он сотрудничает, знал, что тот всё время смотрит на меня. Знал, что женщина рядом со мной снова и снова спрашивала моё имя. Знал, что несколько других полицейских вошли в дом и обыскивали его, как будто там было что-то, что можно было найти.

Но всё, на чём я мог сосредоточиться, всё, что мог осознать, — это то, что я больше никогда не увижу Люка в этом доме. И я остался один. Люк меня бросил, и, хотя я искренне говорил, что люблю его, я ещё и немного ненавидел его.

КОННЕКТИКУТ, ТРИДЦАТЬ ОДИН ГОД

Когда мне было тридцать, а Люку тридцать три, тот всё-таки решил пойти в кино, хоть и терпеть не мог ходить туда в одиночку. Он хотел досадить мне, после того как я попросил его не ходить, словно мы не братья, а вечно препирающаяся пожилая пара.

Иногда так и казалось.

Люк вошёл в кинотеатр со своим попкорном и большим стаканом газировки и нашёл себе место. Он сел, готовый насладиться моментом бунта против своего сверхзаботливого, параноидального младшего брата, когда услышал знакомый голос из ряда позади него.

Люк и другие свидетели, которые выступили с заявлением, дали одинаковые показания об этом разговоре.

Как я всегда говорил, мой брат никогда не был лжецом. Иногда Люк приукрашивал правду, конечно, но редко лгал.

— Эй, Зеро. Наконец-то оправдываешь своё прозвище, а?

Люк утверждал, что пытался игнорировать его, что сидел тихо, просматривая свой телефон в течение нескольких минут, пытаясь отвлечься. Но Ричи всегда был неспособен удержаться от провокаций.

— Где твой бойфренд? То есть брат, если только… чёрт, он теперь твой бойфренд? Вы всегда были охренительно странными. Наверняка он трахается лучше любой бабы, с которой ты был, да?

Люк покачал головой и постарался сдержать гнев, пока начали показывать трейлеры.

Честно говоря, ему следовало просто уйти, и я не раз ему это говорил.

У Люка зазвонил телефон. Это был я. Он прозвонил два раза, и Люк перевёл звонок на голосовую почту.

— Боже, как же я скучаю по малышу Чарли. Давно его не видел. Если расскажешь, как он, я расскажу, как Мелани. Как тебе такой обмен?

Ричи бросил в Люка горсть попкорна. Вместо того чтобы ввязаться в перепалку, мой брат стиснул зубы и написал мне сообщение, ни словом не упомянув о том, что происходит.

— Она о тебе говорила, знаешь. Даже выкрикивала твоё имя, когда я её трахал, но я её немного приструнил. Позаботился об этом.

Ричи лгал. Он никогда не был с Мелани. Даже не знал, где она — никто из нас тогда не знал. Но Люк этого не знал.

— Иди к чёрту, Ричи, — наконец ответил Люк, засовывая телефон в карман кожаной куртки.