Книга Выход в клетку, страница 30 – Лана Фрейтаг

Она уперлась ладонью ему в грудь, скорее по инерции, чем всерьез. Под пальцами была теплая кожа и жесткие мышцы. Денис перехватил ее запястье, прижал руку к столешнице рядом с ее бедром и на секунду отстранился, чтобы посмотреть ей в лицо.

Глаза у него были темные, ясные и слишком спокойные для мужчины, который только что вместе с ней снес со стола вазу.

— Осторожнее, — тихо сказал он.

Он сдвинул ее ближе к краю стола, и Ника невольно вцепилась пальцами ему в плечи. Холодная столешница под бедрами, жар его тела между ее коленями, влажный воздух с открытой террасы, запах соли, дерева и кожи смешались в что-то слишком плотное, почти невыносимое. Денис целовал ее медленно, но без всякой мягкости, как мужчина, который не собирается спрашивать, хочет ли она продолжать. Не потому, что ему все равно. А потому, что он и так знает ответ.

Ника чувствовала, как злость внутри нее становится жарче с каждым его движением. Она ненавидела, что он умеет вот так. Будто не соблазняет ее, а просто берет то, что уже считает своим.

Это должно было оттолкнуть. Вместо этого она сама притянула его ближе. Денис понял сразу.

Ника знала, что сейчас происходит не просто секс. Между ними было слишком много лишнего: ее тревога, его подозрения, их странный, все более жесткий брак и еще что-то хуже, от чего все время казалось, будто земля под ногами незаметно уходит.

Денис поднял голову и посмотрел на нее внимательно, почти изучающе. Ладонь медленно скользнула по ее животу выше, к груди, и Ника тихо втянула воздух.

— Ты опять думаешь, — сказал он.

— Это не запрещено.

— В твоем случае иногда мешает.

— А в твоем? — спросила она, сама подаваясь ему навстречу. — Ты вообще умеешь выключать голову?

Он усмехнулся спокойно.

— С тобой? Редко.

Ее это завело еще сильнее.

Она сама рванула на нем рубашку, заставляя верхние пуговицы натянуться, провела ладонью по груди, по твердому животу и снова подняла взгляд. Ей хотелось хоть раз выбить из него это чертово спокойствие. Сделать так, чтобы он потерял контроль не меньше, чем она.

Денис понял и это тоже.

— Ника, — сказал он низко, почти предупреждающе.

— Что?

— Не играй в то, что не собираешься выиграть.

Она коротко рассмеялась, хотя дыхание уже сбилось окончательно.

— А ты уверен, что тут вообще выигрываешь ты?

Спорить она не хотела. Хотела чувствовать его еще ближе. Хотела, чтобы это короткое, злое безумие хотя бы на несколько минут перекрыло все остальное: голубую воду под стеклянным полом, рыб, остров, Тину с красными глазами и вопросами про Андрею, Волка, Соловьева и взгляд Дениса, который становился внимательнее, чем ей нравилось.

Она потянулась к нему сама, целуя уже жадно, без попытки держать лицо. Денис тихо выдохнул ей в рот, и вот теперь в этом звуке наконец стало меньше контроля. Его ладонь скользнула по ее спине, зарылась в волосы, еще ближе притягивая к себе. От этого жеста по телу у Ники пошла новая волна жара. Нельзя было отрицать очевидное. Он хотел ее всерьез. Не как красивую жену, не как выгодный союз, не как часть идеальной картинки. Именно ее — с характером, злостью, упрямством и готовностью укусить в ответ.

Денис провел пальцами по ее шее, словно успокаивая. Этот жест был почти нежным. Оттого и страшнее.

— Я весь день пытался понять одну вещь, — сказал он.