Книга Развод в 43. Не прощу и буду счастлива, страница 32 – Мира Спарк

— Разумеется, я обещаю, что это будет максимально дружеский разговор без малейшего давления с моей стороны. Да и судя по вашим словам, Максим не из тех, кто позволяет на себя давить…

Вот опять — я даже краснею от удовольствия.

Я шла в школу готовясь к войне, противостоянию… скандалу, быть может, а теперь краснею от удовольствия принимая комплименты.

Мы подходим совсем близко к дому, и на углу я вижу длинную черную машину — Антона Николаевича уже ожидают.

— Ну, хорошо, — соглашаюсь я. — И полагаюсь на ваше слово.

— Разумеется.

— Только это будет возможно не раньше, чем дня через три…

— У вас есть моя визитка, Вера Александровна. Там указан мой личный номер телефона — назначьте день и время встречи сами.

Киваю.

Он протягивает ладонь, и я отвечаю на рукопожатие.

— С нетерпением буду ждать вашего звонка, — быстро распахивает заднюю дверь автомобиля и садится.

Я провожаю отъезжающий автомобиль взглядом.

— Очень интересно, Вера, — голос Владимира неожиданно разлается прямо над ухом, и я вздрагиваю, — кто это будет ждать твоего звонка?

Вера

Поворачиваюсь на голос, и…

Господи, да я физически не могу видеть Володю.

Аромат его парфюма, тела… его аромат окутывает меня.

Еще недавно такой родной, привычный и желанный… теперь меня от него просто воротит.

Непроизвольно кривлюсь, и Володя это замечает — бледнеет, а в глазах сверкает обида.

— Объяснишься?

— С какой стати?

Поджимает губы и хмурится.

— Ты жена моя вообще-то. Забыла?

— А ты об этом в какой момент вспомнил?

— Давай не начинай, а, — мгновенно переходит от расспросов к раздражению Володя.

Пожимаю плечами.

— Ладно, — говорю, — не буду, — и иду мимо него к подъезду.

Хватает за локоть.

— Постой, — крылья носа раздуваются от гнева.

Весь такой из себя суровый босс.

Только вот не мой.

— Я тебе уже говорила — не смей меня трогать.

Смотрит на меня, но пальцев не разжимает.

— Предупреждаю в последний раз, и через три секунды влеплю тебе пощечину и заору на весь двор — уж будь уверен, не постесняюсь. Мне терять нечего, а вот тебе…

Зрачки его глаз расширяются, но он не отпускает — пытается сохранить лицо.

Мужское эго не отпускает его — подводит под самую грань.

Он ждет одну секунду из двух отпущенных мной.

Я не хочу пощечин. Не хочу криков и скандалов.

Я почти блефую — ведь мне просто хочется спокойствия…

Но я не могу показать ему слабину и поэтому придется…

В последний момент Владимир разжимает пальцы и ухмыляется.

— А я ведь хотел поговорить…

Произносит это таким тоном, будто именно мне нужны какие-то разговоры с ним.

— Думал, мы сможем обсудить все, как взрослые люди — спокойно, без…

— Послушай, Володь, — перебиваю его я, — ты серьезно сейчас?

Вглядываюсь в его лицо и пытаюсь найти хотя бы след иронии, насмешки… чего угодно, но только не серьезности.

— Абсолютно.

— Мне не до дурацких шуток, прости. У меня очень много дел.

— Я заметил.

Его дурацкие намеки просто бесят.

— До свидания, — говорю, едва сдерживая ярость.

— Мы не можем так все разрушить… — долетает мне в спину.

Останавливаюсь и глубоко вздыхаю.

— Ты уже это разрушил, Володя, — через плечо бросаю я. — А теперь извини, я спешу — мне еще в командировку собираться и придумать с кем Максима оставить.

Володя быстро догоняет меня:

— Постой, Вер. Что значит оставить Максима? И какая командировка? Ты серьезно?