Книга Запретная. Исцеление, страница 10 – Кэти Андрес

За нашим столиком картина маслом: Ден сидит с таким лицом, словно ему только что сообщили, что Земля плоская. Он переводит ошарашенный взгляд с двери на меня. А напротив него, изящно закинув ногу на ногу, восседает Алиса. Она спокойно потягивает минеральную воду через трубочку, и на её губах играет легкая, снисходительная полуулыбка.

Я подхожу к столу, но не сажусь. Опираюсь обеими руками о край столешницы, нависая над агентшей.

— Какого хрена, Алиса?

Она даже не вздрагивает.

Медленно отставляет стакан, промокает губы салфеткой и поднимает на меня свой фирменный, невозмутимый взгляд.

— Я бы предложила тебе присесть, но боюсь, после такой страстной итальянской драмы на улице тебе нужно немного постоять, чтобы остыть.

— Не заговаривай мне зубы, — цежу сквозь зубы, игнорируя ошарашенного Дена, который переводит взгляд с меня на неё. — Что это за самодеятельность? Ты прекрасно знала, кто мы друг другу. Ты знала, чем это закончится. Какого черта ты притащила её сюда, даже не предупредив меня?

Алиса грациозно складывает руки домиком, опираясь локтями о стол. В её глазах нет ни капли раскаяния. Только холодный, коммерческий расчет.

— Рома, давай сразу проясним одну вещь. Я здесь не для того, чтобы быть вашим семейным психологом. Я — пиар-агент. Ты позвонил мне и сказал: «Алиса, мне нужна акула. Мне нужна закрытая тусовка, мне нужен статус, премиум и громкое открытие». Так?

Я молчу, сверля её взглядом.

— Так вот, Романов, я принесла тебе лучшее, что есть на этом рынке. Кира — это топ. Она амбассадор брендов, о которых ваш клуб пока может только мечтать. Её лицо на обложках, её имя в трендах. Она — ледяная королева, недосягаемая, дорогая. А ваш клуб — это кровь, пот и агрессия. Знаешь, как это называется в моей профессии? Идеальный контраст. Секс. Разрыв шаблонов.

— Ты могла найти кого-то другого.

— Могла, — легко соглашается Алиса. — Могла притащить тебе какую-нибудь инста-модель с накачанными губами, которая бы томно вздыхала на фоне клетки. Но ты хотел бомбу. И я привела тебе бомбу. Хотел лучшую — получай.

Она откидывается на спинку кресла и окидывает меня оценивающим взглядом, задерживаясь на красном следе от ладони на моей щеке.

— К тому же, — она хищно улыбается, — я не прогадала. Знала, что между вами есть… незаконченное дело. И то, что я видела сейчас? Эта ваша искрящаяся ненависть? Рома, это продается лучше всего. Напряжение в кадре будет таким, что зрители экраны слюнями закапают. Это не сыграешь ни за какие деньги.

— Ты больная, — выдыхаю, отстраняясь от стола. — Ты играешь жизнями людей ради контрактов.

— Я делаю вас богатыми и знаменитыми, — поправляет она, ничуть не обидевшись. — А как вы при этом будете разбираться со своими психологическими травмами — ваши проблемы. Бизнес есть бизнес.

— Ром… — наконец подает голос Ден. Он выглядит так, словно его пыльным мешком по голове ударили. — Брат, я вообще ничего не отдупляю. Вы знакомы? Какая ненависть? Ты же говорил, что у тебя тут только старые спарринг-партнеры остались.

Я тяжело опускаюсь на стул рядом с ним и тру переносицу. Головная боль начинает пульсировать в висках с ритмичностью метронома.

— Давняя история, Ден, — глухо отвечаю я, не глядя на друга. — Очень давняя. Забудь.

— Нифига себе «забудь»! — возмущается партнер. — Ты только что на глазах у всего пруда зажал самую дорогую модель в стране, получил по морде дважды, а теперь говоришь «забудь»?! Да нас завтра во всех телеграм-каналах распнут!