Книга Sex под запретом, страница 17 – Анель Ромазова

Гнев? Протест?

Неа. Сожаление, что так и не удалось, это сделать.

— Питон? Ммм! Круто, надо запомнить, — насмехается.

— Некуда было руки деть, а вообще… — готовлюсь разразиться бессмысленной тирадой.

Его ладони моментально ловят мягкие полушария, а затем он поочерёдно посасывает соски.

Что со мной происходит — непередаваемо.

Голова самопроизвольно закидывается, а я изгибаюсь дугой. Поставляю грудь на растерзание его голодного рта.

Чертовски охренительно!

Потрясающе потрясно!

Соски, как драже MM'sперекатываются на его языке. Сбрасывают твёрдую глазурь. Тают, отправляя наслаждение, как расплавленный шоколад, течь глубоко внутрь и заполнять сладким томлением.

Скользнул губами по вершинке, сомкнул зубы, прикусил, потянул на себя.

Улет! Лайк! Тысяча звёзд и премия.

— Амин. Амин..Аммминн. Ам, — срываюсь на словесный бег.

Как жить дальше в своей обычной серой мышиной жизни, зная, что где-то ходит продавец безумных наслаждений. Владелец лавки удовольствий.

Что ему отдать — душу? Да, ради бога.

Свою молодость? Пфь. Не вопрос.

— Охренеть, Солнце, ты живой фаер, — сипло колдует своим голосом шаман, когда я вскидываюсь. Вплетаюсь в волосы и впечатываю его лицо в ложбинку.

Как ладонь Амина оказываются в моих трусиках, минуя преграды — необъяснимо. Но факт. Он гуру отвлекать и подчинять своим низменным желаниям.

— Вау!! Какая мокрая киска, — парирует чистым восторгом в голосе.

Пальцы его без стеснения раздвигают складочки. Мои ноги при этом стыдливо съезжаются, фиксируя его ладонь в одном положении.

Амин, не отрывая тёмного взгляда. Гипноз им он тоже владеет. Доказано. Твёрдо. Безоговорочно.

Прикладывается глубоким поцелуем. Сминает, завладевает, осторожно лаская нежную плоть.

Тягучие волны брызжут по мне вдоль и поперёк. Ни отстраниться, ни сорваться на бег. Раскрыться, поддаться, впустить. Вот и всё.

Мир замер.

Все мысли исчезли из головы.

— Готова кончить, — подстрекает ответить и останавливается.

Будто не чувствует мою дрожь. Порванные вздохи с трудом покидающие легкие. Что я на пределе, сама поджимаю бедра выше от нетерпения. Растираюсь как похотливая кошка. Мурлычу и подставляю под его поцелуи все, что подставляется.

— Да. да. да, — лепечу сбивчиво. Разжимаю ноги и безмолвно прошу продолжить.

Он по — садистски ухмыляется.

— То, что я рисую, проговаривай вслух, — командует по праву ведущего.

Его цель — абсолютный бесконтроль моего тела и разума. Две линии рассекают плоть и соединяются в одной точке. Ещё одна поперёк. Это буква. Мозг воспалён, но бежит вперёд понимания. Согласно рефлексу, торопится ухватить подступающий оргазм.

— А....

— М.м..м...

Линии чертятся, безбожно выполаскивая меня на изнанку. Извиваюсь. Ерзаю. Всхлипываю, но прилежно проговариваю.

— И...

— Н.....

Это ощущение нарастает как песчаная буря, по крупинке, собирая торнадо, которое не выдержит ни один сейсмограф. Я и вовсе распадаюсь, не найдя нигде укрытия.

Его взгляд обнажает. Его губы снимают защитный слой.

Пальцы, делающие клитор самой важной точкой в потерянном от удовольствия теле. Это всё.

— АМИН! — кричу не слабо, буквально сотрясая стены. Кусаю его в плечо. Втискиваюсь в его кожу. В голове гул и грохот. Фейерверк и многочисленные залпы.

Ах, вот как это бывает.

Амин вытаскивает ладонь. Я смачиваю пересохшие губы, не совсем понимая, что теперь со всем этим делать.