Книга Вера для пришельца, страница 4 – Эмори Мур

— Сегодня, — прошептал он, наклоняясь к её уху, — ты сделаешь первый шаг. Я не возьму тебя полностью. Не сегодня. Но ты узнаешь, что значит быть моей.

— Как? — выдохнула она.

Вместо ответа он развернул её лицом к колонне. Холодный камень прижался к щеке, к груди, к животу. Его руки легли ей на плечи, прижимая к месту.

— Не двигайся, — приказал он.

Вера замерла.

Кейрос отошёл на шаг. Она слышала его дыхание за спиной, чувствовала его взгляд на своём теле.

— Ты красива, моя вера, — сказал он тихо. — Даже не представляешь, насколько.

— Я знаю, — усмехнулась она, пряча страх за бравадой.

— Знаешь? — Он рассмеялся — низко, довольно. — Посмотрим.

Он сорвал с неё остатки одежды одним движением. Вера ахнула, оказавшись полностью обнажённой, прижатой к холодному камню.

— Руки вверх, — скомандовал он.

Она подчинилась. Что-то обвило её запястья — мягкое, но невероятно прочное. Похоже на живые лианы, но фиолетовые, пульсирующие в такт кристаллам в стенах.

— Что это? — спросила она.

— Часть меня, — ответил Кейрос. — Не бойся. Они не причинят тебе вреда. Если только я не прикажу.

Вера дёрнула руками — лианы держали крепко, но не больно. Она была пленницей, но в этой пленённости было что-то невероятно возбуждающее.

— А теперь, — голос Кейроса стал ниже, вибрирующее, — мы начнём.

Его пальцы скользнули по её спине — медленно, изучающе. От поясницы вверх, до самых лопаток, потом обратно. Каждое прикосновение оставляло за собой дорожку мурашек.

— Ты дрожишь, моя вера.

— Холодно.

— Нет. — Он усмехнулся. — Тебе не холодно. Тебе страшно. И это правильно.

Его рука скользнула по ягодице, сжала, раздвинула. Пальцы нашли её самое сокровенное место — уже мокрое, уже готовое.

— Какая ты влажная, — выдохнул он. — И это только от моих слов.

— Кейрос... — простонала она.

— Что, моё спасение?

— Я... я не могу...

— Можешь. Ты всё можешь. Ты просто ещё не знаешь этого.

Он вошёл в неё пальцами — двумя сразу, резко, без предупреждения. Вера закричала — от боли, от неожиданности, от острого, режущего удовольствия.

— Да, — прошептал он, двигая пальцами внутри неё. — Именно так. Кричи. Не сдерживайся. Здесь никто не услышит.

Она кричала. С каждым толчком, с каждым движением его пальцев, с каждым новым вторжением. Он растягивал её, подготавливал, доводил до исступления.

— Кейрос... я сейчас...

— Нет, — оборвал он, вынимая пальцы. — Рано.

— Что? — Вера зарыдала от отчаяния. — Почему?

— Потому что я так сказал, моя Вера. Ты будешь кончать только тогда, когда я позволю.

Он отошёл. Вера слышала, как он двигается за спиной, но не видела, что делает. Лианы держали крепко, не давая повернуться.

— Кейрос... пожалуйста...

— Пожалуйста — что? — Его голос звучал насмешливо. — Пожалуйста, дай мне кончить? Или пожалуйста, прекрати?

— Не прекращай, — выдохнула она. — Пожалуйста, не прекращай.

— Умница. — Он снова приблизился. Его член коснулся её ягодиц — огромный, твёрдый, пульсирующий. — Ты чувствуешь, что ты со мной делаешь?

— Да...

— Ты делаешь меня живым, моя вера. И сегодня ты примешь меня впервые.

Он вошёл.

Медленно, невероятно медленно, давая ей чувствовать каждое движение, каждое растяжение, каждое заполнение. Вера кричала — громко, не сдерживаясь, не думая ни о чём. Боль смешивалась с удовольствием, страх — с желанием, и в этом коктейле она тонула, теряла себя, находила заново.