Книга Бойся тишины, страница 118 – Роберт Брындза

— Я так понимаю, вы британка? – уточнила она нараспев, теперь пристально изучая меня – одежду, разбитое лицо.

— Да, британка.

— Тогда мне нужно взглянуть на ваши документы, – сказала она, протягивая руку.

Я подошла к ее столу и замялась, пытаясь сообразить, что мне делать. Что, если сказать, что потеряла паспорт? Но мне так или иначе придется назвать свое имя… А если назваться вымышленным – выиграю ли я хоть немного времени? Проклятье! Где же был тот проход с открытой калиткой, о котором мне говорил Морис?

— Мадам, что вы здесь делаете? Пожалуйста, предъявите паспорт. – Было очевидно, что теперь она относится ко мне с серьезным подозрением.

Охваченная паникой, я порылась в рюкзаке и достала паспорт. Казалось, это ее немного успокоило.

Она взяла его, пролистала и поднесла к сканеру страницу с моей фотографией. Наступила долгая пауза. На мгновение мне показалось, что все самое страшное позади. Что, если в их базе на меня ничего нет? Секунды тянулись вечность, затем женщина принялась читать что-то на экране и нахмурилась. Подняла на меня взгляд и спросила:

— Откуда вы прибыли?

— Я села на пароход… в Гавре.

— Какой пароход?

— Я забыла название судна.

— Это единственная страна, которую вы посетили за время своего путешествия? – продолжала она.

— Еще я была в Хорватии, но из-за Шенгена…

Она подхватила связку ключей, извлекла карту из компьютера, вышла из кабинки и, обойдя стойку, приблизилась ко мне.

— Не могли бы вы пройти со мной? – Она указала на дверь справа, в то время как за ее спиной виднелась другая дверь – предположительно ведущая из этого крошечного помещения на свободу.

— Какие-то проблемы?

— Нам просто нужно кое-что уточнить.

— Это из-за того, что я считаюсь пропавшей без вести?

— Нам просто нужно кое-что уточнить! – повторила она резким, агрессивным тоном.

Я последовала за ней. Она приложила карточку к датчику, который зажужжал, и дверь открылась. Мы вошли в комнату для допросов, где она велела мне сесть, а затем ушла.

Дверь со щелчком закрылась.

Я оказалась взаперти.

Прошло десять минут, затем двадцать. Обстановка комнаты состояла из стола и двух привинченных к полу стульев. Я встала и подошла к двери, поколебавшись, подергала ручку. Заперто.

Примерно через час послышался щелчок открывающегося замка. Вошел другой таможенник в сопровождении двух молодых полицейских, женщины средних лет в плохо сидящем брючном костюме и высокого темноволосого мужчины, одетого в куда более элегантный костюм в полоску.

— Что происходит? – спросила я.

— Присаживайтесь, пожалуйста, – вместо ответа сказала женщина. – Можно называть вас Маргарет?

— Для начала хотелось бы узнать, кто вы! – возразила я.

На шее женщины на синем шнурке висел бейдж.

— Меня зовут Терри Конвей. Я старший социальный работник в этом округе, – проговорила она, демонстрируя пластиковую карточку.

На обоих полицейских поверх синей униформы были мокрые от дождя желтые флуоресцентные куртки. Я перевела взгляд на мужчину в костюме в полоску, который с мрачным выражением лица смотрел на меня сверху вниз.

— Дайте угадаю: вы врач? – уточнила я, заметив его старомодный кожаный саквояж.

— Доктор Джеймс Ридпат, терапевт из клиники Саммер Хейз в Саутгемптоне.

— И двое полицейских, – резюмировала я, переводя взгляд с одного на другого. – Я знаю, что происходит.