Книга Восемь мстительных богов, страница 53 – Наталья Андреева

— Евгений Юрьевич. – И Снегин невольно порозовел. Юрьевич! Как же!

— Ну а я Клара Семеновна. В тот вечер мы с сыном были дома, я слышала все то же, что и он. Поэтому наши показания будут идентичными.

— Но в коридор ведь вы не выходили, преступника не вязали, – не удержался Снегин.

— Мне это было бы затруднительно, – неожиданно рассмеялась старуха. Смех у нее тоже оказался молодым.

«А ты почему молчишь? – перевел Снегин взгляд на Остапа Ефимовича. – Растерялся?»

— Он с работы, – пояснила Клара Семеновна.

«Она что, мои мысли читает?» – насторожился Снегин.

Старуха играла первую скрипку, а вторая пока смогла только чайник включить да нарезать бутеры. Впрочем, и это немало. Ветчина оказалась вкусной, а хлеб свежим, с хрустящей корочкой.

— А где вы работаете, Остап Ефимович? – больше из вежливости спросил Снегин, наслаждаясь пока только бутербродом, а не беседой. Свет на загадочное убийство Зуева так и не пролился. Даже намека на лучик – какой-нибудь занятный фактик.

— Статистиком. – Первак наконец-то сел и взял протянутую мамой чашку чая. Зеленого.

— Это в кино, что ли?! – Снегин чуть не закашлялся.

Кажется, так называют артистов массовки, которым даже слов не досталось. Кто бы мог подумать! Остап Ефимович, такой солидный, брутальный, уверенный в себе мужчина, и вдруг – мальчик на побегушках!

Теперь рассмеялись оба Первака.

— Вы путаете статиста и статистика, – снисходительно сказала Клара Семеновна, вытирая выступившие от смеха слезы. – Мой сын врач-статистик, – она подчеркнула слово «врач». – Он работает в крупном диагностическом центре.

Снегин не просто покраснел, побагровел. Так что щеки стали похожи на свеклу. Вот лошара! Невежа! Алка бы его убила!

— Извините, – еле выдавил он. – А что, есть такая профессия: врач-статистик?

— Разумеется, – с улыбкой пояснил Остап Ефимович, который после косяка Снегина полностью пришел в себя. – В мои обязанности входит аналитика. Сбор и обработка данных, в первую очередь количественных. И всякие отчеты.

— Да уж, куда без них! – не удержался Снегин. Получается, снова ляпнул.

— Понимаю вашу иронию, – голос у Первака был хорошо поставленный и тембр почти такой же, как материнский. Низкий, с хрипотцой. Поэтому Снегин и подумал о кино. – Но ведь всякая работа важна. У вас в полиции наверняка есть такие же статистики.

— Куда уж без них, – буркнул Снегин. Заела эта бюрократия. Контора пишет. – А кстати, Остап Ефимович… Ваше имя. Это не в честь знаменитого героя Ильфа и Петрова? Остап Ибрагимович Бендер.

Первак мигом скис. Поэтому заговорила мама:

— У моего покойного мужа было шикарное чувство юмора. – Она так и сказала: шикарное. – Фима родом из Одессы.

— Сам я не в восторге от своего имени, – вклинился в разговор Первак. – Но куда деваться?

— Вот именно, – поддакнул Снегин, который от некоторых поступков своих родителей тоже был не в восторге. Настояли ведь на юрфаке, в то время как Снегин хотел играть в бильярд.

Теперь вот сидит, бутерброды лопает. И гадает, как к делу подступить. Надо бы задать наводящий вопрос. А он все никак не наводится. С чего начать-то?

— Вы любите Зою Валентиновну? – выпалил Снегин. Вот прямо так и сказал, без обиняков.

Повисла многозначительная пауза. Оба Первака, похоже, растерялись.

— А этично ли это – говорить о чувствах сотруднику полиции? – наконец подал голос Остап Ефимович. – Тем более Зоя мне не жена.